Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Я успела нанести лишь два удара прежде, чем он блокировал мои руки…

А я вспомнила, как тот же фокус папашка проделал со мной, и невольно поежилась. Даже мне тогда было крайне неприятно вдруг оказаться беспомощной, но я и представить не могу, что чувствовала мама, лишившись рук в момент боя.

– И все же его кровь увидели все! – Мамочка вдруг вскинула голову, и я увидела ее прежней – сильной, смелой, отважной, не боящейся бросить вызов всему миру. – Я ранила его ножом, так как меч хассар Айгора сумел выбить… Но после… Он боялся причинить мне вред, именно поэтому допустил собственное ранение, а с Кираном Агарн не церемонился, и это было просто избиение младенца.

Мама замолчала, быстрым, каким-то стыдливым движением вытерла одинокую слезу и продолжила:

– Представь себе арену, покрытую мелким песком, меня, раз за разом пытающуюся встать, и Кирана… медленно падающего на колени с торчащим из груди мечом… Если бы я не была воином, в тот миг, наверное, голосила и выла бы, как обычная женщина… Но я не проронила и слезинки! Потому что я – Киара, Пантера МакЭдл!

Я грустно вздохнула, мама тоже. Пантера не пантера, а чем все закончилось, знали обе…

– Мы были два как один, – продолжила мамуля, – и Агарн взял только мою жизнь, Киран остался жив. Мой отец остался жив. А я… Он мог забрать меня сразу, но решил побыть благородным и потребовал лишь ночи. Ночь по праву сильнейшего воина, указав мне еще раз, что я всего лишь женщина… И в то же время он надеялся, что та ночь изменит мое отношение к хассару Айгора. Ведь воины, Кирюш, столь искусны, что могут вызвать желание даже у ненавидящей всей душой женщины.

– О да, у меня был наглядный способ в этом убедиться, – невольно сболтнула я.

У мамы глаза мгновенно сузились, взгляд стал ну очень проницательным, пришлось пояснить:

– Папик отдал меня Дьяру, мам, в буквальном смысле слова. Дьяр продемонстрировал свои умения.

О том, что я в тот момент чувствовала, маме не скажу. Незачем ей это.

– Кира-а-а, – испуганно протянула мама, – Кира, доченька…

– Ничего не было. – Я коварно усмехнулась, вспомнив рожу братика, когда я ему брюки расстегивать полезла. – Правда, ничего, мам. Я тебе потом расскажу, а сейчас давай дальше, а?

Но мамуль вся подобралась и нервно спросила:

– Прошлой ночью, я сбежала. Дьяр остался с носом. – Про себя подумала, что не только с носом, но и с Акаши в качестве главного приза. И да – он там оставался изрядно пожеванный, что очень приятно мне.