Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Так быстро, как только могла, и столь же бесшумно. Позади мчалась Акаши, и это было жутковато – она не Икас, и у нее вся морда была в крови.

Достигнув ручья, я побежала не в пример быстрее – дно оказалось песчаным, сам ручей в этом месте крайне мелким, так что проблем не возникло. Акаши, перепрыгнув ручей, помчалась в другом направлении… Видимо, приступила к уведению погони.

А я бежала… бежала, бежала и снова бежала. Старательно припоминая путь, по которому привез Дьяр, и молясь, чтобы как можно скорее оказалась на открытом пространстве. Примерно через километр, свернув с русла ручья, я вышла в степь. Не остановилась ни на миг, но теперь двигалась шагом, одновременно пытаясь включить сейр.

Разобралась в управлении сейром шагов через сто, вбила заученные параметры связи и вскоре уже смотрела на шефа.

– Жива. – Не вопрос, утверждение.

– Икас, он… – торопливо начала я.

– Жив, у Накара. Противоядие ввели. Ты в безопасности?

О, дышать сразу стало легче, и думать теперь нужно было о себе, поэтому отвечаю:

– Нет, у старшего сына папандра позаимствовала.

– Ясно. Остановись. Экран направь вверх, чтобы я видел звезды.

Направила. Стою, жду. Минут через семь шеф снова вышел на связь:

– Кира, сейчас поворачивай направо четко на девяносто градусов и старайся двигаться по прямой. Бежать сможешь?

Сговорились они все, что ли?!

– Да, – устало отвечаю.

– В таком случае чего стоим? – ехидно поинтересовался шеф. – Бегом! Накар подберет тебя. Двигай.

Без вопросов. Развернулась и побежала. Все так же босиком, но иной раз выбирать не приходится.

Спустя четыре часа, несчетное количество заноз, трижды ударенный мизинец на правой ноге и армию колючек в рубашке Дьяра, что доходила до колен почти, меня наконец подобрал Накар. В буквальном смысле подобрал – я свалилась и лежала в траве, обнимая ударенную о булыжник ногу и тихо подвывая.

И вот лежу, вою, а сверху:

– Ну и чего мы тут загораем?

Но поднял, помог забраться на платформу, и вскоре мы улетали, держась поближе к земле. А когда, пошатываясь и постанывая, я входила в гелликс, оттуда, повиливая хвостом, ко мне выскочил Икас. И я заплакала. Ревела от усталости, обиды и еще чего-то мало приятного, обнимая Икаса и зарываясь мокрым лицом в его шерсть. Затем уже не ревела, а тихо всхлипывала, прижимаясь к зверю, пока Накар, ругаясь сквозь зубы, вытаскивал из моих ног занозы разной длины и степени ядовитости.