Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

 – Что-то я разоткровенничалась. – И кораблики тоже люблю. А еще…

– Достаточно! – прорычал грозный тар-эн, который тут, похоже, был главный.

Значит, именно он и есть дедуля МакОрат. То есть жертва.

– Насилие тоже люблю, – проникновенно сообщила воину. – Так где у вас, говорите, казнь?

Дедуля МакОрат не ответил, даже не дернулся, но двое за его спиной непроизвольно глянули вправо.

– О, спасибочки, – нагло поблагодарила я. – Икасик, за мной.

И мы потопали в обход какого-то одноэтажного здания, мимо застывающих при нашем появлении воинов, которые тут же бросали встревоженные взгляды куда-то поверх меня. Оглянулась – дедуля МакОрат, грозный и мрачный, как грозовая туча, шел за мной.

И всего шагов через сорок мы вышли на задний двор, где уже собралась толпа народа и располагались два столба: у одного на вытянутых руках чуть ли не висела полненькая девушка, обнаженная по пояс, у другого был привязан мужик с такой наглой бандитской рожей, что сразу стало ясно – Штоф. И вот не знаю, чем он там угрожал Накару, но выражение лица у мужика было спокойное, то есть он был абсолютно уверен, что его вытащат, и даже не сомневался в этом ни мгновения. А вот моему появлению удивился. Да что он – тут все удивились!

– Всем здрасте! – радостно поприветствовала я присутствующих, остановившись на входе во двор.

Присутствующие, в основном жутко похожие друг на друга воины, ну и пара женщин бегемотистого вида, продолжали потрясенно на меня смотреть.

– Здравствуйте, говорю, – вновь поздоровалась я. – Как жизнь молодая?

– Все так паршиво? – не поверила я.

Тишина стала напряженная, все потрясенно глядели на МакОрата за моей спиной.

– Настолько плохо?! – Нет, я положительно отказывалась верить в очевидное. – Таки достал вас тиран мускулистый?

Все снова посмотрели на меня. И вдруг в этой тишине раздается глухой взбешенный рык. Торжественно оборачиваюсь и с самой милой улыбочкой интересуюсь у МакОрата:

– Свирепствуем? – Его перекосило. – Лютуем, значится, – продолжаю укоризненно, – родственников обижаем, детям свободы не даем, дочери хассара стекляшку зажали!

Резко выдохнув, дедок переспросил:

Ну и я сама от себя не ожидала, правда, но так захотелось:

– Можно мне кристаллик? – попросила самым жалобным тоном. – Вон тот, который сверху у вас… Только один, а?

– Что?! – взревел тар-эн.

– Фу, жадина какой, – обиделась я.

На мгновение стало тихо, затем дедок мрачно произнес:

Быстро он как-то в себя пришел. Слишком быстро.