В постели с миллиардером

 – Из еды только фрукты, не успела ничего приготовить.

– Ты мне это дело брось. Про трезвенников. Ну и то, что не готовишь, тоже. Мужики, они знаешь, туда где их кормят по всем фронтам, всегда возвращаются.

Она хитро подмигнула мне и, взяв бутылку, откупорила её и налила в бокалы мартини.

– Ну? Рассказывай, как оно всё? А то сто лет ведь не виделись.

И я рассказала, не в силах умалчивать о том, что так и рвалось наружу. О нашем путешествии, о том, как прекрасна Италия. О новых знакомых, к которым я обязательно хотела съездить ещё раз.

– Короче, ясно. Влюбилась, – постановила Ершова, допивая мартини и наливая себе ещё. – А не пьёшь чего? Беременная уже?

– Лен… Глупости не болтай. У нас с Робертом первый раз было несколько дней назад.

– Ну, дурное дело нехитрое.

– Нет уж. Пока у нас всё вот так, но…

– Но это пока. Я не знаю, что будет дальше.

– Ну а поговорить с ним, обсудить, как оно и что? Кстати, бабло он тебе заплатил?

– Нет, ну а что? Любовь любовью, а евро по расписанию.

– Я же говорю тебе, я вообще не знаю, что у нас будет дальше и в каком ключе. Пока всё… хорошо.

– Ясно. Вот и верь после этого мужикам.

Не выдержав, я рассмеялась. Лена в этих своих суждениях вызывала у меня неподдельное восхищение. Впрочем, может, это я просто не настолько умная, чтобы думать как она? Разумом, а не сердцем. Но даже если это и так, всё равно иначе я не могла.

– А чего у тебя со Славиком, кстати? А то мы всё обо мне и обо мне.

– Ну, ты же у нас главный персонаж истории про Золушку, а не я.

– Нормально всё с ним. Движемся вперёд и только вперёд. Тоже вот в Италию слетаем… когда-нибудь.

– Ну, круто. Поздравляю.

– Пока не с чем, но когда мужик оказывается в нормальных женских руках, это ж можно не только на Италию замахнуться, а, например, на Швейцарию. Пожизненно.

Я снова растянула губы в улыбке и покачала головой. Ершова была неисправимой. Впрочем, последнее, чего бы я хотела, чтобы Лена изменилась.

Тревога, которой я уже очень давно не испытывала, кольнула сердце, когда я в очередной раз бросила взгляд на часы и убедилась – в очередной же раз – что уже очень поздно.

Роберт не пришёл домой ночевать, на звонки не отвечал, и где находился, у меня не имелось ни единого предположения. Хотя, нет. Одно было. И появилось оно пару часов назад, когда я, решившись, всё же набрала номер секретаря Левицкого и услышала, что он покинул офис довольно давно, а куда отправился – не сказал.