Развод с генералом драконов (СИ)

Садится и проговаривает, глядя мне в глаза:

Эти два её слова заставляют напрячься. Хмурюсь и внимательно всматриваюсь в её лицо, пытаясь найти на нём ответы ещё быстрее, чем она их даст.

Мелли смешно морщит носик:

Мелли сдвигает бровки. Всматривается в меня как-то испытующе, словно прикидывает, говорить или нет. Серьёзно?

Сажусь на ложе, оказываясь напротив неё, приподнимаю бровь.

— Мне кажется, меня хотят похитить.

— Ты всё равно не поверишь! — мотает головой. — Просто хочу, чтобы ты знал.

Она поворачивает голову. И от её серо-голубых глаз, затянутых слезами, в грудине сжимается неведомая пружина.

— Рэйв! Я обещала, что буду твоей. Что останусь с тобой. Знай — я не лгала. Я не замышляю побег. Я бы так не поступила, даже под страхом смерти. Но я боюсь, что тебя заставят думать иначе.

Пространство вокруг начинает меняться. Идёт волнами, искажается.

Мелли подаётся вперёд. Кладёт ладонь мне на щёку и горячо шепчет:

— Неважно! Просто знай! Если ты перестанешь меня чувствовать! Если метка не отзовётся, если связь исчезнет, значит, я в беде!

Внутри поднимается злость. На Мелли — за одно только слово «побег». На неведомого врага, которого не глядя охота стереть в порошок. Хватаю Мелли за плечи, пытаясь удержать её и всю эту ускользающую иллюзию:

— Я ни-ку-да тебя не отпущу! — рычу ей в лицо. — Даже не думай!

В ответ — тихий смех, её прощальный сладкий поцелуй, и я открываю глаза.

Твою ж мать. Разрядка была только во сне. А мне придётся вылить на голову ведро ледяной воды. Чтобы остыть.

Стоящее в зените солнце безжалостно освещает уродливые итоги кровавой схватки, на которые мы со зверем взираем с высоты, паря над некогда зелёной долиной, ныне окрашенной в багровый цвет и ставшей для нескольких тысяч воинов последним пристанищем.

Равнодушно взираю на разбросанные доспехи, воткнутые в землю мечи, на неподвижные тела своих и чужих, на растерзанные туши оживлённых архарийскими некромантами тёмных драконов.

И после этого они ещё будут называть монстром меня?

Враг жаждал победить, а у нас просто не было другого выбора. И в отличие от архарийцев мы сражались и победили честно.

Остатки моей армии лениво бродят по полю. Грузят на повозки своих раненых и добивают чужих, собирают трофеи. Янцен помогает повозкам разъехаться, бранится, раздавая приказы.

Полной грудью вдыхаю запах крови, железа и пепла.

Бока и грудину щиплет в местах глубоких ран от мечей, стрел и магических ожогов. Правое крыло повреждено. Ничего.