Наследник с подвохом

 — Вон пошла из моего дома! А то глазенки-то повыцарапаю подлые! — и начала медленно к ней приближаться, сжимая кулаки.

— Ты чего? — отшатнулась от меня, как от огня и поравнялась с Кайризом. — Что это с девкой? — тихо обратилась к мужчине.

— А правильно леди Кармен говорит, — дворецкий поднял с пола чемодан и протянул женщине. — Не в добрый час вы, госпожа Беата, в гости пожаловали.

— Ах, вот как вы заговорили? — тетка зло прищурилась, — ты еще девка мала, чтобы мне указывать! А ты, — смерила Кайриза презрительным взглядом, — вылетишь отсюда с волчьим билетом в тот же день, как мальчишка умрет.

Скоро в Хейденрол прибудет королевский распорядитель и судебный маг. Уж он-то живо наведет здесь порядок!

Развернувшись, дамочка чеканным шагом промаршировала к выходу и на прощание так хлопнула дверью, что зазвенели стекла в окнах.

Я без сил опустилась на ступени и обняла себя руками, пытаясь справиться с противной слабостью.

— Кайриз, кто это был? С какой стати она тут раскомандовалась? И почему так уверенно заявляет, что Колин непременно умрет?

— Так, известно кто, — удивленно посмотрел на меня мужчина, — леди Беата Боншер, тетушка по отцовой линии.

Жена младшего брата вашего покойного батюшки.

— Хм, а почему Боншер, а не Хейден?

— Это имя второго супруга леди Беаты, барона Федерико фон Боншера. Первый, который граф Джереми Хейден, ваш родной дядюшка, уже лет пять как преставился Единому, — пустился в объяснения Кайриз.

— Тем более не понимаю, с какой стати какая-то посторонняя баронесса указывает целой графине, — распрямила плечи, приосанилась.

А что, если родители были графьями, то и дочка из той же породы. В этом мире даже названия титулов схожи, так что и градация должна быть соответствующей.

— Так, сынок-то ее приемный от первого брака, Мортимер — он ведь чистокровный Хейден, ваш кузен. Неужели, и этого не помните? — покачал головой, — рано господин маг ушел, ох рано. Ну а что было делать? Последние средства отдали, чтобы вас спасти, — с причитанием пробормотал себе под нос.

 — Ох, если уж одна беда пришла в дом, жди и другую.

— Что же ты, старый хрыч, больного ребенка на полу держишь? — в холле появился новый персонаж, на которого я с любопытством уставилась. — Как тебе детей доверить, если ты их тут же и угробишь? — дородная женщина в простом платье в пол и белом фартуке уставила руки в боки. Круглое лицо, обрамленное в белоснежный чепец, раскраснелось. Карие глаза сверкали негодованием, но в целом это ведь было правильное негодование.