Рыжее братство. Трилогия (СИ)

– Веди, – согласилась я и соскользнула вниз с седла, не столько из вежливости, сколько по куда более приземленным причинам.

Было большим облегчением снова передвигаться на своих двоих, хоть и стремящихся принять совершенную форму колеса. Лакс тоже спешился, соскользнул с седла с почти эльфийской грацией. Теперь мне стало понятно, откуда у вора такая легкость в каждом движении. От предка рыжему передалась немалая доля пластичности, что в соединении с человеческими генами дало неуловимую стремительность движений, отняв у них танцевальную мягкость. Но урона вор от этого не понес.

Мы двинулись за горелучником прямо в кусты у дороги, за нашими спинами послышался новый всплеск эльфийских трелей. Я очень пожалела, что не понимаю языка, и задумалась, а можно ли использовать руны, чтобы составить заклятие перевода. Но навскидку, тем более на ходу, такой вопрос не решить, потому пришлось довольствоваться лингвистическими познаниями Фаля и Лакса. Сильф прозвенел мне на ушко:

– Эльфы собираются доложить о происшествии князю. Они очень встревожены.

«Еще бы, – фыркнула я про себя, – в конце концов, почти дипломатический инцидент, вот так взять – и чуть не пристрелить человека на общественной дороге», – и продолжила разговор вслух:

– Князю? А что ему тут делать, разве вы мне не говорили, что это земля людей? – удивленно переспросила, продираясь через кусты и досадуя, что не догадалась первым пустить Лакса. Шедший впереди эльф вообще, казалось, не задевал ни травинки, растения будто раздавались в стороны, пропуская его. Так что дорогу мне приходилось протаптывать безо всяких там мачете, практически голой грудью, как коммунистке. Следом с комфортом двигались остальные. Вот они, истоки старинного обычая джентльменов – пропускать дам вперед.

– Владыка Аглаэль едет с дипломатической миссией в Патер, – важно обмолвился наш проводник, наконец выбравшись изпод кустов и деревьев на простор равнины. Там, как я уже догадывалась, раскинулся тот самый небольшой палаточный, вернее, шатровый городок, который мне довелось лицезреть давеча в зеркальной рамочке: разноцветный, сочнояркий, гармоничный, несмотря на множество диссонансных цветов. Вокруг этих многокрасочных, но ничуть не отдающих цыганской безвкусицей шатров легко двигались эльфы.

– Ясненько, – резюмировала я, решив не задавать больше никаких вопросов.

Для начала хотелось поглазеть по сторонам на снующий по лагерю народ.