Рыжее братство. Трилогия (СИ)

То ли подглядывали, то ли вычислили местонахождение вора методом шерлокхолмсовской дедукции. А, плевать! Всей компанией встретились уже у конюшен, причем пришли не только Вейлиса и Сарот, отбывающие в противоположенном направлении, но и леди Ивельда с сыном, и старик управляющий.

Ромел с явной завистью смотрел на сборы, юноше, нюхнувшему аромата приключений, очень хотелось пуститься в путь вместе с нами. Такие завидущие глаза я видела лишь у уличной собаки, взиравшей на поедающую чебурек толстуху. Поглаживая Дэлькора, бросила баронету:

– Не жалей, у вас в Ланце с молодым королем тоже весело будет!

– Молодым королем? Но ведь его величество Клементарий вовсе не… – недоуменно начала леди Ивельда.

– Клементарий уже гдето… – Я собиралась было ткнуть пальцем в небо, потом припомнила нрав скандалиста и тирана, покосилась вниз, но, так и не придя к определенному выводу, согласующемуся с религиозной доктриной волшебного мира, заключила: – В иных сферах. А король нынче Альвин.

Компания провинциалов застыла соляными столбами, потрясенная сообщенной походя новостью.

Первой опомнилась баронесса. Верноподданнической скорбью при вести о скоропостижной кончине монарха на ее лице и не запахло, зато в голосе отчетливо послышалось ликование:"

"– Значит, у нас есть шанс вернуться ко двору. Ромел лишь чуть младше его величества. Наш род достаточно древний, чтобы баронет вошел в свиту короля. Мой сын, наш достославный прапрадедушка великий маг Ромуальдо еще будет гордиться тобой!

– Почему бы и нет? – поддержала грандиозные замыслы баронессы.

 – Ваш новый король – вполне приличный парень, я бы даже сказала, слишком приличный для короля. А верные люди всегда в цене!

Вот на такой ноте мы и расстались, вполне довольные друг другом. За воротами поместья, поутру охраняемыми лишь кудлатыми псами, добродушно помахивающими пушистыми метелками хвостов, простились с нашей компанией Сарот и Вейлиса. Парочка получила вдогонку ворох сердечных пожеланий насчет будущей супружеской жизни. Девушка радостно улыбалась и с лукавым смущением поглядывала на жениха, тот старался держаться невозмутимо, как и подобает пожившему мужчине, однако задорный блеск в глазах выдавал ротаса с головой.

Матерый волчара ныне походил на пастушью овчарку, только что язык из пасти не высовывал. Они были счастливы! Еще бы, в один день Сарот нашел и будущую профессию, о какой мог лишь мечтать в детстве, и будущую женукрасавицу с богатым приданым, о каковой даже и не мечтал.