Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Глава 7

О мудрых животных

Через семьдесят три минуты после того, как мы выехали со двора харчевни, широкий тракт, расстилающийся предо мною, неожиданно резко закончился. Вернее, кончился не тракт, а мое мирное путешествие по нему, потому что милый, кроткий, как овечка, Дэлькор ни с того ни с сего ржанул, раздул ноздри и, резко вильнув влево, понесся напролом в чащу леса так, будто его ктото вожжами огрел по крупу.

Дэлькор несся как метеор. Да, мудрые эльфы, давшие ему не только насмешливое прозвище, но и звучное официальное имя, были правы, звание «Солнечный Ветер» конь заслужил, как, впрочем, и массу других куда менее лестных эпитетов, готовых сорваться у меня с языка.

От нецензурных ругательств я воздержалась по ряду причин, первой из которых была необходимость плотно прижиматься к шее обормота, мчащегося через лес, в котором никто не позаботился провести предварительную обрезку деревьев на уровне головы всадника. Чтобы деревья не произвели аналогичную операцию с моей бедовой башкой, я распласталась на спине Дэлькора. Эльфийский выкормыш что на дороге, что в диком лесу чувствовал себя комфортно, не спотыкался, не шарахался из стороны в сторону, не путался копытами в траве и кустарнике, растительность словно создавала для него зеленый коридор. Судя по отборной брани, раздающейся далеко позади из уст пытающихся догнать меня мужчин, такой «льготы» местная экосистема никому более предоставлять не собиралась. Хоть Лакс и был наполовину эльфом, его конь кровью Дивного народа похвастаться не мог и спотыкался наравне с другими животными."

"Я намотала на руку поводья и оставшимися свободными пальцами вцепилась в густую гриву коняги. Нечего было даже пытаться выпрыгнуть из седла при таком темпе передвижения, а кричать «тпру!», когда Дэлькору вздумалось ломануться кудато столь целеустремленно, было бесполезно. Призыв: «Остановите Землю, я сойду!» – имел бы большую эффективность для наведения порядка в планетарной системе, чем элементарная лошадиная команда для жеребцахулигана.

Тот, кто придумал поговорку «упрям как мул», никогда не ездил на уважающей себя лошади. Мой Дэлькор летел с той же целеустремленностью, что и выпущенная из лука стрела, он явно знал, куда и зачем движется, и никаких разумных предложений по изменению траектории принимать не намеревался.