Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Кейр счел толкования Лакса слишком заумными, но всетаки взялся проверить гипотезу. Основательный телохранитель не стал вынимать из кольца мою ветку, он даже вытащил из сумки и надел плотные боевые перчатки. Может, о сейфах воин ничего и не слышал, а вот ловушек и ядов остерегался. Кажется, даже Лакс зауважал нашего секьюрити за такую предусмотрительность.

С бутербродом в одной руке и кружкой холодного чая в другой я наблюдала за вскрытием находки. По команде вора Кейр с натугой стал поворачивать палку вместе с кольцом на крышке. Уже одно то, что оно поддалось, говорило в пользу Лаксовых хитроумных соображений о коде, теперь оставалось только надеяться, что он правильно разгадал последовательность и число поворотов кольца. Фаль, заразившийся еще у Тени Ручья золотой лихорадкой, верещал и мельтешил вокруг. Он не мешал Кейру только потому, что воин не слышал и не видел мотылька. С каждым поворотом кольца дело шло все более гладко, застоявшийся механизм разработался. Внутри слышались какието щелчки.

Наконец раздался самый сильный щелчок, и крышка, нанизанная на ветку, осталась в руках Кейра, а мы уставились на ощетинившиеся острыми шипами разной длины боковины.

Три головы столкнулись над ларцом, и над лесной полянкой пронесся глухой звон. Фаль, какимто чудом не расплющенный нашими любопытными лбами, успел нырнуть внутрь. Потирая головы, мы подались назад, и Кейр как единственный обладатель защитного снаряжения вытащил из ларца ножны.

– А где драгоценности? – Жалобный, как предсмертный крик лебедя, голос Фаля был полон таких неизбывных скорби и разочарования, что я не удержалась и прыснула, вслед за мной покатился со смеху Лакс.

– Что вы смеетесь? – недоуменно покосился на нас Кейр, вынимая из ножен узкий, похожий на маленький меч голубоватосерый клинок с крестовидной рукоятью, свитой воедино из трех серых полос. – Добрый кинжал. Не украшен богато, ножны из простой кожи, так разве ж в этом суть? Вон на первый взгляд даже заточка не притупилась.

Чтобы доказать правдивость своих слов, воин аккуратно, без замаха, опустил лезвие на деревяшку, вставленную в кольцо. Дерево развалилось на две гладкие, как отшлифованные, половинки, у Кейра отвалилась челюсть, карие глаза полезли на лоб.

– Дааа, заточка точно не притупилась, – согласилась я, прикладывая прохладный бок кружки к пострадавшему челу.