Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Мы говорили о всякой ерунде, чтобы не портить друг другу аппетит, однако я чуяла, у мужчин из головы не идет вопрос: какое колдовство я намереваюсь применить, чтобы благополучно смотаться из города, не подняв на уши соглядатаев и стражу. Самсур вздыхал и топтался за стойкой, Влариса курсировала между кухней и нашим столом молча, только косилась на Лакса и качала головой. Наконец женское сердце, бьющееся в пышной груди, при виде которой красотка Памела удавилась бы на своем силиконе, не выдержало. Трактирщица встала, приобняла сидящего вора и, прижав рыжую голову к себе, попросила:

– Вы уж присмотрите за ним, магева, бесшабашный он и рисковый, как что втемяшится, ничего вокруг не замечает, на рожон прет, а у меня сердце кровью обливается ночью, как подумаю, где он там, с кем, чего творит…

Лакс, притиснутый к широкой груди, протестующе замычал и попытался вырваться, но тщетно, это вам не с морианцами драться. Из натруженных рук Вларисы высвободиться было непросто.

– А что, приятель, может, и правда, забудь обо всех приключениях, начни новую жизнь, купи вон хоть трактир, осядь, женись… – Я сделала вид, что говорю серьезно.

– Оса! – Мой рыжий друг настолько возмутился неприличному предложению, несовместимому с жизненным кредо, что аж подпрыгнул на лавке, а полный ужаса взгляд – ну, как две бабы объединятся в попытке исковеркать его судьбу? – дополнил картину.

– Ладноладно, шучу. – Я примирительно подняла руки. – Не для тебя это, вон и Влариса понимает, иначе давно бы уже в оборот взяла да окрутила с какойнибудь приличной во всех отношениях девицей.

Трактирщица только печально кивнула, выпуская Лакса из удушающих материнских объятий:

– Да разве ж его удержишь, бродягу. Как есть перекатиполе!

– Пора! – подытожил Кейр, глянув в окно на стремительно светлеющее небо, и не без сожаления отодвинул добросовестно опустошенную тарелку.

Мужчины поднялись, Фаль, продолжая дожевывать кусочек сыра форматом с себя любимого, тяжело вспорхнул, я вздернулась со скамейки и поплелась вслед за компанией на безлюдный, чистый и тихий задний двор к конюшням. Оседланные лично Самсуром лошади с притороченными вещами терпеливо ждали нас у коновязи. Конюхи, чтоб лишнего не сболтнули, получили выходной на полдня и, вместо того чтобы посвятить его сну или другому достойному занятию, улизнули из «Сапогов» к подружкам. Узнав хозяйку, Дэлькор весело ржанул и потянулся навстречу.