Сломленный рыцарь

Я пригласила Эйприл в кафе с тако[8] и заказала все из меню по две позиции. Затем показала фальшивое удостоверение личности, которое притащил Найт в качестве шутки на мой восемнадцатый день рождения, и взяла две маргариты. Я даже попыталась поговорить с ней на языке жестов, потому что обмениваться сообщениями через стол казалось немного странным. Я даже улыбнулась. Мне отчаянно не хотелось возвращаться домой с поджатым хвостом. Так что я просто подделала свое настроение.

Это сработало.

Эйприл шлепнула меня по спине, когда мы уходили из ресторана.

– Ты классная, Раймонд. Кто бы мог подумать? Не я, это уж точно.

Я мысленно устала от разговоров. Мне надо просто закрыть глаза и отключиться от мира на месяц или два.

– Эй, кстати, мой друг устраивает вечеринку на следующей неделе… – начала она, и я умоляюще посмотрела на нее.

Я умру, если она пригласит меня туда. Я медленно покачала головой.

Эйприл взорвалась от смеха.

– Эм, нет, мой маленький кузнечик. Перенаправь свои мысли. Мне было интересно, могу ли я дать тебе денег на ликер или пиво.

Я кивнула. Это я могла бы сделать.

Она заулыбалась, в глазах сверкнуло озорство.

– Тебе надо расслабиться. Ты это понимаешь, да?

Я – нет, но люди считают, что без этого мне не прожить.

* * *Ноябрь

Там был парень.

Реальный парень.

С руками и ногами. Настоящий парень. Который обратил внимание. На меня.

Джош: Вечеринка сегодня?

– Спроси у него, намечается ли вечеринка у него в трусах и можешь ли привести подружку? – Эйприл смотрела на входящее сообщение на моем телефоне через плечо. – Я бы забралась на Джоша, как на дерево, в попытках спасти тропические леса.

Я засунула телефон в задний карман джинсов и захихикала.

– Пойдем. – Она свесилась на мою половину кровати – у нас была двухэтажная кровать, и, конечно, в первый же день я заняла нижнее место, – отталкивая ее ноги в носках, которыми она болтала в воздухе. – Мы здесь уже несколько месяцев и не ходили ни на одну вечеринку. Это самое грустное, что только возможно.

– Я рада, что тебе никогда не приходилось сталкиваться с реально грустными вещами, – показала я ей.

В последнее время я много разговариваю на языке жестов. Больше, чем за все время в Тодос-Сантосе. Наконец-то я поняла, почему папа так отчаянно желал, чтобы я поехала сюда.

Это заставило меня вылезти из скорлупы.

Она сломалась, словно стеклянный шарик.

Правда в том, что я не могу не общаться жестами. Мне надо покупать продукты. Общаться с людьми вокруг меня. Разговаривать с учителями.