Измена.ru

Потому что меня не покидает ощущение, что каждый такой уровень — это очередное дно.

На следующий день я с самого утра на такси еду к Машке. Просто, потому что соскучилась и хочется поговорить с кем-то родным и близким.

Вздрагиваю от этой мысли.

Ведь никого ближе и роднее Березовского у меня нет? Тереблю кулон, осознавая, что мне впервые не хочется делиться наболевшим с мужем.

Грузовик прямо перед нами резко останавливается, и водитель, пытаясь избежать столкновения, дергает за ручник. Моя рука соскальзывает с шеи вместе с кулоном.

Я задумчиво смотрю на свою «половинку сердца» на ладони. В голову закрадываются предательские мысли о знаках судьбы или чем-то подобном. Слезы на глаза наворачиваются.

— Все в порядке? — спрашивает таксист.

— Порвалась, — шепчу я, показывая ему украшение.

— Что вы? — успокаиваю его. — Вы не виноваты. Она старая была. Я только чуть потянула и все…

— Как удавку сняли, — смеется таксист.

Закусив нижнюю губу, стараюсь не разреветься.

Когда доезжаю до общежития, достаю из багажника сумку с надписью Дубай Молл и, уткнувшись в воротник зимнего пуховика, иду к подъезду.

— Привет, — здороваюсь с порога, скидывая ботинки.

Вдыхаю аромат творожной запеканки. Точь-в-точь как в детском доме по утрам.

— Привет, Наташка. Какая ты загорелая! — округляет глаза Маша. Артемка тут же кидается ко мне обниматься.

Теперь дышу сладким, ближе к карамельному, ароматом его светлой макушки. Смачно целую мальчугана в щеку и смеюсь, когда он заливисто хохочет.

— Я вам тут подарочков привезла, — тащу пакет в гостиную и озираюсь. — А где мебель?

— А вот, — загадочно улыбается подруга. — У нас тут событие произошло, Нат! Соседи съехали, и комендантша нам третью комнату в секции выделила! Представляешь? У нас сейчас будто бы трехкомнатная квартира! Мы здесь будем детскую обставлять, а в новой комнате свою спальню сделали.

— Поздравляю, — искренне улыбаюсь.

Молодцы они! Иван-да-Марья! Все как-то по уму, постепенно. И деток вот рожают, и, несмотря на простые профессии, стремятся к чему-то.

— Это вот Артемке, — достаю пакет с разноцветными костюмчиками.

— Ой, Наташка. Какой все красивое, — хлопает в ладоши Маша. — Я сейчас умру от счастья!

— А это вот… — смущаюсь. — Девочке вашей.

С легкой завистью наблюдаю, как она распечатывает коробку и с благоговейным восхищением достает из нее белоснежный, кружевной комплект на выписку и такой же комбинезон.

— Ох, Натка. До слез меня растрогала.