Пять экспонатов из музея уголовного розыска

- А к тому, что ежели б курили, то о махорке и заикаться посовестились бы. Кто махорку-то смолит?

- Сигары курить изволите?

- «Северную пальмиру» и «Нашу марку». Так что расстарайся десятка на три-четыре.

- Хорошо, расстараюсь, - скрипнул я зубами. - Всё?

- Вроде всё. Только бутылочку, понятно, не забудь прихватить.

- Бутылочку, говорю, не забудь.

- Тронутый ты, что ли? «Какую»! Обычную. Ежели на коньяк пожалеешь, то можно и смирновку. Хрен с тобой, где наша не пропадала!

- Да вы понимаете, о чём говорите?!

- А чего тут не понимать?

- Не будет вам никакой бутылки, ясно?

- Бутылки не будет - разговора не будет, - хладнокровно отпарировал он и лег на койку, повернувшись ко мне спиной, давая тем самым понять, что аудиенция окончена.

Когда я вышел из образцовой КПЗ, я был настолько раскалён, что от меня можно было прикуривать.

Начальник уездной милиции, как и положено начальнику милиции, был знатоком человеческих душ и физиономий.

Мельком взглянув на меня, он сразу же всё понял.

- Задал вам Гришка перцу?

- И ещё какой мерзавец! - поддержал он. - Во всей Нижегородской губернии второго такого не сыщешь. Махровый мерзавец!

- Так, может, плюнете на все это дело?

- А вы все-таки подумайте, нервы дороже. А главное - я уверен, что ни черта он не знает.

- Знает. Ежели бы не знал, то так нагло не держался. Понимает, что мне без него не обойтись, потому и куражится.

- Ну, ежели так, то надо терпеть. Ничего не поделаешь!

- Я-то готов терпеть, а вот вы…

Начальник уездной милиции настороженно посмотрел на меня. Что-то в моей интонации ему явно не понравилось.

- Ну как вам сказать? Прямого отношения вы, конечно, не имеете, но некоторое касательство…

Я решил проявить максимум такта и излагать требования Беспалова постепенно, не травмируя психику своего собеседника.

- Гурман он, оказывается. Зернистая икра ему, видите ли, требуется. Иначе говорить не желает.

- Ишь ты, - усмехнулся начальник милиции. - И что же вы решили?

- Если не возражаете… - осторожно начал я.

- А чего мне, собственно, возражать? Передачи мы принимаем, пожалуйста.

Такой легкой победы я не ожидал.

- И балык осетровый можно?

- И стерлядь кольчиком?

- Не знаю, как и благодарить вас!

- А за что? Если вас не смущают расходы, то нас тем более. Правда, с большим удовольствием я бы посадил этого вымогателя на хлеб и воду, чем баловал его разносолами, но, как говорится, воля ваша. Так что никаких возражений.

Начальник уездной милиции был воплощением великодушия.