Пять экспонатов из музея уголовного розыска

- Это дает мне лишь право беспошлинного ввоза товаров в Россию, но не право беспрепятственного вывоза музейных ценностей.

- Тем не менее сотрудники АРА их вывозят, - возразила Варвара Ивановна.

- Да, однако это сопряжено с риском. Но оставим пока цифры. До них мы еще доберёмся, - сказал Мэйл, продолжая щедро одаривать свою собеседницу улыбками. - В своём письме господин или, как теперь принято в России, гражданин Тарновский писал, что не желает никаких посредников. И вот теперь такая неожиданность, правда приятная, но всё-таки неожиданность - вы его представительница. Мне бы хотелось внести необходимую ясность. Поэтому, если вас не затруднит…

Варвара Ивановна не смутилась. Она была к этому готова и заранее подделала письмо-доверенность Тарновского.

- Господин Тарновский, - объяснила она, - к соалению, вынужден был лечь в больницу на операцию, поэтому он не имеет возможности лично навестить вас. Но он не забыл про необходимые формальности, - и она протянула Мэйлу конверт.

Американец небрежно вскрыл его.

- Вот теперь мы можем вернуться к цифрам, - сказал Мэйл, прочитав письмо, и одарил Варвару Ивановну очередной улыбкой. - Признаюсь вам честно, если бы здесь сидели не вы, а господин Тарновский, я бы предложил за всё десять тысяч долларов и ни цента больше. - Теперь мистер Мэйл уже не улыбался. - Но… как это по-русски?.. притеснять женщин, да ещё таких обворожительных, не в моих правилах. Я джентльмен. Вы получите с Тарновского комиссионные?

- Да, - выдавила из себя Варвара Ивановна.

- Сколько процентов от суммы сделки?

- Приличный процент, - улыбнулся Мэйл. - Оказывается, господин Тарковский тоже джентльмен. Это делает ему честь. Итак, - он выдержал паузу, - я предлагаю двадцать тысяч долларов и десять тысяч в советских червонцах.

Варвара Ивановна отрицательно мотнула головой.

- Тогда очень сожалею, - сухо сказал Мэйл и встал. - Передайте господину Тарновскому мои соболезнования.

Но когда Варвара Ивановна усилием воли заставила себя встать и взяться за ручку двери, американец остановил ее:

- Тридцать тысяч долларов и пятнадцать тысяч рублей.

Варвара Ивановна почувствовала, как у неё подкашиваются ноги. Теперь её жизнь обеспечена.

- Согласна, - прошептала она и на ватных ногах вернулась на место.

Теперь оставалось обговорить лишь техническую сторону сделки. Это уже было значительно проще.