Когда отцветают розы

— Еще бы! — подхватил Уолт. — Мэри-Джо совсем не такая. К тому же ей так от нашего брата досталось, что она вполне могла возненавидеть весь род мужской.

— Что значит «от нашего брата»?

— Да от ее собственного папаши, к примеру. Он годами избивал ее мать почем зря. И саму Мэри-Джо тоже, насколько мне известно. Она убежала из дома с Ларри, когда ей едва исполнилось семнадцать. Из огня да в полымя, как выяснилось, но разве она могла тогда предвидеть такой оборот? Ларри поначалу обращался с ней хорошо. Скандалы начались, когда она решила вернуться в школу и получить аттестат зрелости, «забила себе голову ученостью», как называл это Ларри.

И вообще, к черту, что это мы все время о Мэри-Джо. Ее проблемы не касаются ни меня, ни тебя.

— Хорошо, давай еще поговорим о призраках, — предложила Диана.

— Ей-Богу, даже это лучше. — После минутной задумчивости он продолжал: — Брэд надоедал людям с просьбами рассказывать ему страшные истории. Говорил, что собирается написать книгу. Сельские легенды и фольклор — что-то в этом роде.

Меня он однажды попросил…

Он замолк.

— Попросил о чем? — нетерпеливо спросила Диана.

— Подожди, я стараюсь вспомнить. Что-то о надгробиях. Они его зачаровывали. Ему хотелось знать, кем были покойники, откуда для захоронения брали камень. Здесь я ему ничем помочь не мог. Меня подобные вещи никогда не интересовали.

В это нетрудно было поверить. Тени прошлого не могли волновать человека с таким практичным складом ума, как у Уолта.

— Он и обнаружил надгробия, — продолжал Уолт.

 — Присмотр за старухой не отнимал у него много времени. Выполнить мелкие поручения, свозить ее кое-куда — вот и все. К тому же она не любила, чтобы он околачивался в доме. Поэтому его частенько можно было встретить гуляющим по окрестностям, в лесу или вдоль ручья. Так он и набрел на надгробные камни. Меня притащил туда, чтобы я тоже на них полюбовался. Он был так воодушевлен, даже стихи читал.

— Какие стихи?

Уолт пожал плечами.

— Я совсем не знаю поэзии. Что-то такое про то, как прах был прежде живыми мужчинами и женщинами.

— «Земные люди во плоти, вы обратились в прах…»?

— Точно. Хотя я тогда не понял, к чему это он. Могил ведь не было, только надгробия.

— Что он еще говорил?

— Не помню.

В темноте навстречу машине надвигалось что-то белое, клонившееся то в одну, то в другую сторону, размахивавшее толстыми руками. В приближении это оказался пышно зацветший куст, принявший фантастические очертания под порывами ветра и в свете фар.