Рожденная для его любви

Конечно, она будет сухой! Она не испытывала сексуального влечения к нему, о каком возбуждении могла идти речь?

Бориса задело, что вагина Майи оказалась без должного увлажнения. Для него это оказалось полной неожиданностью. Природа не обделила его размером полового члена, и он на самом деле мог с легкостью порвать нежную плоть.

Проклятье!

Сегодня всё шло не так! По логике вещей, и по тому долбанному договору, он давно должен был находиться внутри неё и яростно двигаться навстречу своему удовольствию! Он всегда действовал по принципу, что каждый отвечает за оргазм сам!

Тем более, Майя сама напросилась!

Он одним пальцем проник внутрь девушки и сделал пробное движение. На что она дернулась вперед, пытаясь избежать глубокого проникновения.

— Не смей убирать от меня попу! — рыкнул он и снова подтянул бедра девушки к себе.

Майя напомнила себе, что она обещала полное повиновение. Трудно была сказать, трудно оказалось сделать. Если бы Сандровский набросился на неё и жестко взял, наверное, было бы проще. Она перетерпела акт насилия, поплакала несколько дней в подушку, проклиная случай, сведший их в клубе, и затолкала произошедшее в дальний уголок памяти. После чего зажила обычной жизнью провинциальной вампирши.

Его же действия привели её в замешательство. Она смутно поняла, что он удивлен тем фактом, что она не истекает от желания почувствовать его член глубоко внутри себя, и делает попытки исправить положение вещей. Но это было абсурдно!

— Борис…

Он не позволил ей договорить.

— Почему ты не хочешь меня? — задал он самый глупый вопрос, который только мог прийти ему в голову.

Естественно, Майя ему ничего не ответила. Да он и не ждал ответа. Вопрос был риторическим.

От сдерживаемого желания у Бориса запульсировали виски, клыки давно прорезались. Помимо плотского желания у него возникла жажда. Он захотел крови Майи. И снова память сыграла с ним злую шутку. Он вспомнил, как предложил ей покормиться от него, и она отказалась. Чертовка!

Его взгляд метнулся к её шее, спрятанной за гривой рыжеватых волос. Глаза налились кровью. А что, если послать всё к черту, одним резким движением проникнуть в её лоно, навалиться на неё, прижать крепче к себе её задницу и впиться клыками в нежную артерию?

Вампир, зверь, заликовал в нём! Это был наилучший сценарий, который только можно было представить! Обостренным восприятием он едва ли не чувствовал, как её кровь от усиленного сердцебиения стремится по венам в убыстренном темпе.