Рожденная для его любви

Лара обернулась, и в её глазах стояли слезы. Лицо — само раскаяние.

— Майя, извини, я наговорила глупостей…Я не для этого пришла сюда…"

"Вот к такой Ларисе Майя была не готова. Теперь её интуиция закричала во весь голос, что Майе надо быть вдвойне осторожнее. В детстве, когда сестра пыталась сделать ей добро или подружиться, это обязательно оборачивалось подлой пакостью с её стороны. Ларисе нравилось раз за разом наблюдать, как наивная Майя поддавалась на её ухищрения и провокации.

— А для чего тогда? — грубовато потребовала она ответа.

Внезапно Лариса бросилась в её сторону, подбежала к ней вплотную и затараторила:

— Я была плохой сестрой, Майя, я всё знаю! Я глумилась над тобой и не считалась с твоими чувствами! Мне нравилось иметь под рукой девочку для битья! — эти слова заставили Майю вздрогнуть. — Я признаю все свои ошибки! Но я готова исправиться!…. Готова искупить свою вину!…Хочешь я встану на колени и попрошу у тебя прощение!…Выклянчу его!…

— Лариса, что ты мелишь? Ты слышишь себя?

Лара вцепилась в пижамную рубашку Майи пальцами с побледневшими костяшками.

— Ты не понимаешь!..Я хочу, чтобы мы с тобой сели и поговорили, как родные! Понимаешь, как родные сестры! Как никогда не делали!…

Майя предприняла попытку разжать пальцы Ларисы.

— У тебя истерика…

Та энергично закачала головой и сильнее вцепилась в Майю.

— Да, истерика! У меня нет выхода! Ты должна!…Ты обязана мне помочь!…Иначе…иначе….

Гостья стала задыхаться, и Майя испугалась за сестру:

— В чем именно я должна тебе помочь! Перестань истерить и скажи!

Глаза Ларисы блеснули безумием и она выдала:

— Убить Бориса Сандровского!

Именно эти слова услышал Борис, подходя к палате Майи. Он не мог остаться безучастным, когда понял, что к ней решила наведаться сестра. Какого черта она делает в их клинике? Сюда с улицы не попасть! И о том, что Майя находится у Хански, знали единицы!

Он мог предположить, что Ларе позвонила сама Майя, но это была последняя версия, к которой он склонялся. За время общения с Майей, он ни разу не слышал, чтобы она упоминала про тесное общение с сестрой. Скорее наоборот.

Поэтому появление Ларисы Юнгер не могло не насторожить Бориса.

Он дал время, чтобы они поздоровались, и решил присоединиться к беседе.

И, оказалось, что вовремя.

Он замер, услышав истерический выкрик Ларисы.