Ирландская роза

Не понимаю: кто из вас решил жениться на ней?

Не отвечая на колкость, Патрик как ошпаренный выскочил за дверь, бормоча себе под нос:

– Вот лицемерная ведьма. Я покажу ей, как заигрывать с лакеями.

Когда тем вечером Хью вошел в гостиную, сэр Генри уже сидел за столом. Место Кэтрин пустовало."

"Поздоровавшись с гостем, Хью сел и уставился на дверь. Однако в зал вместо его жены вошла Полли и, приблизившись к мужчинам, сказала:

– Леди Кэтрин нездоровится. Она просит ужинать без нее. – Служанка бросила на Хью полный осуждения взгляд, а потом многозначительно посмотрела на сэра Генри. – Вас же, милорд, она просит извинить ее.

– А меня нет? – спросил Хью.

– О вас она не упоминала, – ответила Полли и пошла прочь.

– Между вами не все гладко, да? – заметил сэр Генри.

– Она считает, что я не должен воевать с Макгайрами, – ответил О'Нейл.

– Она боится за тебя, – догадался сэр Генри. – Ее мать тоже волнуется за меня.

– Кэти уверена, что меня ждет судьба Шона, – сердито бросил Хью.

– Это понятно, – задумчиво произнес сэр Генри. – Не забывай, что Кэтрин всегда оставалась наедине со своими тревогами. До сих пор она вела жизнь затворницы.

– Но она уже не ребенок, – раздраженно заметил Хью, – и должна понимать, что для мужчины долг превыше всего.

– Да, – согласился сэр Генри. – Но женщины – существа слабые от природы. Я знаю Кэтрин с детства и, возможно, поэтому более к ней снисходителен.

– А какой она была в детстве? – неожиданно полюбопытствовал Хью.

Сэр Генри задумался на мгновение, глаза его затуманились, он улыбнулся своим воспоминаниям.

– У нее были огромные зеленые глаза, слишком, пожалуй, большие для ее маленького личика, копна медных волос, пламенеющих, словно закат, и тоненькие цыплячьи ручки и ножки…

Хью весело расхохотался.

– С тех пор она поправилась, и это явно пошло ей на пользу, – заявил он.

– О да, – улыбнулся сэр Генри. – Я тоже это заметил.

– Она всегда была упряма? – спросил Хью, не в силах сдержать любопытство.

– Все три девочки Деверо были упрямыми, очаровательными сорванцами, – возвращаясь к своим воспоминаниям, ответил старик. – Когда твой дядя впервые пожелал увидеть Кэтрин, она предстала перед ним в облике мальчишки-конюха.

Представив себе Шона, знатока женщин, известного своими любовными похождениями, которому предстояло жениться на мальчишке-конюхе, Хью затрясся от безудержного хохота. Он многое бы отдал за то, чтобы увидеть выражение лица дядюшки в тот миг, когда перед ним впервые предстала его суженая.