Ирландская роза

– Что ты делаешь, женщина? Своей щекоткой ты разбудила дракона!

– Это ты-то дракон? – спросила Кэтрин, едва сдерживая смех.

– Нет, глупая девица! Это мой дружок. И это очень голодный дракон! Так что держись!

Ее взгляд проследил за взглядом Хью. Его орудие было полностью готово к атаке.

Веселый смех в глаза Кэтрин сменился радостным блеском.

– Моя Кейт, – пробормотал Хью, приблизив губы почти вплотную к ее губам, – готова ли ты еще раз испробовать плодов от древа познания?

– Люби меня, – прошептала она в ответ.

Хью улыбнулся и принялся осыпать легкими поцелуями ее губы, виски, веки и кончик вздернутого носа. Когда он вновь добрался до ее рта, то не стал больше сдерживать свое желание и приник к ней жадным, требовательным поцелуем. Его большие грубые ладони накрыли ее груди, а затем заскользили вниз к животу, к бедрам, потом еще ниже… проникая в ее святая святых, туда, где рождалась ее чувственность.

Вслед за руками отправились блуждать по всему ее телу и губы. Сгорая от желания, Кэтрин запустила пальцы в густые волосы мужа, прижимая его голову к своей груди. Хью жадно припал губами к ее возбужденному соску, заставив ее стонать и изгибаться от наслаждения. Потом опустился ниже, покрывая ее тело жадными, горячими поцелуями. Его язык дразнил и ласкал ее живот, бедра…

– Возьми меня, скорее, – выдохнула Кэтрин, сгорая от желания."

"Хью обхватил ладонями ее ягодицы и приподнял, но не вошел в нее, а только положил ее ноги себе на плечи и опустил лицо между ее бедер. Его язык дразнил шелковистую внутреннюю поверхность ее ног, а затем неожиданно погрузился в ее влажные недра, разжигая неведомый ею ранее чувственный пожар.

Сжигаемая этой почти невыносимой сладкой пыткой, Кэтрин стонала, полностью отдаваясь сводящим ее с ума ощущениям.

Доведя ее страсть до высшей точки, Хью дождался, когда она вся затрепетала, накрыл ее своим телом и резким сильным движением вонзился в жаркую нежность ее тела.

В ту минуту, когда Кэтрин застонала, содрогаясь от наслаждения, Хью сжал ее тело в экстазе, низвергая в нее свое семя.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина, если не считать их тяжелого, утомленного дыхания. Хью перекатился на бок и, заключив Кэтрин в объятия, ласково поцеловал ее в висок.

– Насильник женщин, – улыбаясь, прошептала она.

– Победитель драконов! – с шутливой гордостью парировал он.

Кэтрин открыла глаза, посмотрела на его хитро улыбающееся лицо, а потом опустила взгляд. «Дракон» и впрямь казался теперь совсем безобидным.