Чужая роза (СИ)

— Я тут, понимаешь, столько сил приложил, старался, чью-то шею от топора спасал, а мне даже слова доброго никто не сказал!

Хитрые желтые глаза уставились в мои с притворным возмущением, и я рассмеялась.

— Иди сюда, герой, — подхватив нетопыря под мягкое шерстяное пузо, поцеловала круглый черный нос и добавила: — Я говорила, что люблю тебя?

— Нет.

— Так вот сейчас говорю.

— Сильно-сильно? — переспросил Бруно.

— Сильно-сильно, — кивнула я и поманила к себе насупившегося Гумера. — И тебя тоже.

— Надеюсь, меня избавят от проявления излишней чувствительности? — притворно нахмурился Форнезе и отступил на шаг назад, но я больше не ощущала от него прежней неприязни.

Конечно, до дружбы между нами дело пока не дошло, но и былой вражды больше нет, и это радовало.

— А что с Гумером?"

"Я только сейчас поняла, что пес выглядит иначе. Ну да, исчезли алые всполохи в глазах, и темной дымки больше нет. Обычный пес. Крупный, конечно, но и только.

Дог ткнулся мне в руку носом и лизнул ладонь. А я, оправившись от удивления, провела рукой по гладкой блестящей шерсти и поняла, что больше не чувствую от Гумера угрозы.

— Тьма ушла, — пояснил Сандро.

Он хотел еще что-то добавить, но в этот момент со стороны ворот послышался грохот, и во двор въехала повозка, на козлах которой сидел Винченцо.

— Ньор герцог, ньор герцог, беда! — издалека закричал старик.

— Что случилось?

Абьери подался к остановившейся повозке.

— Ох, беда, ньор герцог! — снова повторил старик, утирая вспотевший лоб дрожащей рукой. — Ваша вилла… Вилла «Томалли»...

— Что с ней?

— Стена рухнула, аккурат в вашей спальне, — выпалил Винченцо и смял свою соломенную шляпу.

— Успокойся и расскажи толком, как это произошло?

— Да вот, с вечера все в порядке было, я, как обычно, дом обошел, Ноэлья все ставни закрыла, ну, спать легли, а серед ночи как бабахнет! Земля под домом как задрожит! Мы с Нонни едва от страха не померли, думали, опять вулкан Беротти проснулся. Долго трясло. А когда все закончилось, оказалось, ваша спальня пострадала. От одной из стен ничего не осталось, и крыша в том месте рухнула, а над обломками черный дым появился. Столбом до неба стоял. Ноэлья меня сразу к вам отправила, говорит, поезжай, Винченцо, к хозяину, доложи со всей обстоятельностью. Вот я и того… Докладываю.

Старик снова утер лоб и вздохнул.

— Вы уж простите, ньор герцог, не уберегли мы дом. Не смогли ничего сделать.

— С Ноэльей все в порядке? — спросил Абьери.

— Да, ньор герцог.