Практикум

— Селиксофилом, — подсказала Катя, не шелохнувшись.

Однако ее концентрации можно было бы позавидовать. Даже рукой не взмахнула, а один из отростков тут же ринулся ко мне, сначала сбив с ног и продолжая опутывать. Первое время я пытался сопротивляться, разорвав несколько побегов. Все-таки маг земли, как никак, однако растение регенерировало чересчур быстро. И вот спустя меньше, чем минуту я оказался примерно в том же положении, что и раньше. Обездвиженный, весьма смутно представляющий свое будущее.

— Катя, ты что делаешь? — смотрел я на покачивающийся острый шип аккурат возле шеи.

— Пока разговариваю. Знаешь, говорят, что если женщина хочет помочь, у мужчины нет ни единого шанса спастись.

— Это вот так ты помогаешь?

— Ты сильный маг, но не очень дальновидный. Не всегда понимаешь, когда нужно ударить самому, а когда обратиться к друзьям.

— Друзья магической флорой друг другу не угрожают, — все еще сопротивлялся я.

— Зато идут всю ночь, чтобы спасти непутевого волшебника от дракайны. Итак, я повторю вопрос.

Зачем тебе нужен лунный камень?

Спрашивала вроде Катя вполне доброжелательно, однако шипы довольно недвусмысленно приблизились к телу. Один к горлу, другой к штанам. И не поймешь, какого стоит больше опасаться.

— Хочу навести шороху среди нечисти. Чтобы возобновили практикум.

— И зачем? — чуть наклонила голову Катя, наблюдая не за мной, а за растением.

— Тогда мы выйдем на первое место. И нас будет чествовать Предстоятель.

Зыбунина прожгла меня зеленью своих глаз. Словно пыталась испепелить на месте.

— Только не говори, что вы собрались устроить покушения на Уварова.

— Хорошо, не буду, — легко согласился я.

Меня обожгло силой, которая выплеснулась от ведьмы. Катя разозлилась. Нет, не так. Зыбунина была в бешенстве. Того и гляди, сейчас утратит контроль и шипы немного испортят мне штаны. Со всем содержимым.

— Я дала тебе максимальную защиту, какую только могла. Условие было одно — не лезь к Уварову!

Хрупкая девочка Катя вдруг превратилась в сгусток гнева. Меньше всего сейчас хотелось с ней спорить.

Но все же подискутировать явно придется.

— Уваров психопат, — ответил я ей. — Сегодня он решил объявить войну, которую тут же закончил, завтра придумает что-нибудь еще. И хуже того, что мы становимся его марионетками. Тебе хорошо, ты уйдешь после школы в свои леса, а мне придется работать в МВДО. Другими словами, на него.

— Ты не понимаешь, Максим, — с какой-то усталостью и отрешенностью сказала она. — Он опасен не столько из-за своей силы.