Напиши обо мне роман

— Что ты делаешь в субботу? — спросил Роман без предисловий.

— Смотря когда… — лениво отозвалась я.

Во мне было примерно пол-арбуза и для праведного гнева места уже не оставалось. В конце концов, этот человек потратил сорокалетний Макаллан на то, чтобы найти мой телефон, могла ли я его остановить каким-то черным списком?

— В субботу вечером?

— Смотрю на морской закат, — с удовольствием отчиталась я.

— Тащу чемодан по колдобинам к остановке автобуса.

— Не скажу! — мурлыкнула я ехидно.

И внесла в черный список еще один номер.

Утром субботы я и правда выволокла из квартиры чемодан, вернулась обратно, сфотографировала выключенную плиту, выключенный утюг, перекрытые газ и воду, запертые окна и даже сняла маленькое видео, как закрываю квартиру на два замка.

Потому что, когда ты тревожный котик — ничто не чересчур.

Впрочем, однажды я на месяц умотала в Болгарию, и сердце мне ни разу не подсказало, что, когда я вернусь, меня будет ждать кухня, заваленная голубиным пухом и перьями. Потому что кто-то просто оставил окно нараспашку.

И все равно сейчас я вернулась через три шага — на всякий случай подергала ручку.

У подъезда, как всегда, наплевав на негласные правила местной парковки, стоял зеленый «Порше».

Роман вышел из машины, молча забрал у меня чемодан и уложил в багажник. Я пожала плечами и села на пассажирское сиденье.

— Куда? — не глядя на меня, спросил Роман, выруливая со двора.

— Павелецкий, аэроэкспресс.

— Может, сразу в Домодедово?

— Нравится любоваться оставляемыми позади просторами родины.

— Да, серьезно. Ты ездил на аэроэкспрессе когда-нибудь? Там такие ебеня по пути, что контраст с какой-нибудь Барселоной просто шокирующий! Особенно зимой хорошо. Мрак, тлен, холод и тьма — прощай!

— Значит, Барселона.

— Я этого не говорила.

Остаток пути он промолчал. Довез чемодан до выхода на платформу. Постоял, щурясь на горизонт, где сходились в одну точку все никак не пересекающиеся прямые блестящих рельсов.

Он сегодня снова был в черных водолазке и джинсах с большой и сложно украшенной пряжкой.

Не будь наше общение таким натянутым, я бы уже пошутила что-нибудь про навязчивую акцентуацию на половых признаках. Еще бы бубенчики туда повесил по средневековой моде, чтобы никто не пропустил, что самое главное в Романе Витте!

— Я ведь все равно узнаю, куда ты летишь.

Когда я нашла место по ходу движения и села у окна, Романа на платформе уже не было.

Страну я выбрала методом тыка.