Простреленная репутация

 – Но с такой головой, как у тебя, нет никого. Ни в Чечне, ни в России. И потом... После того, как я тебя посвятил во всё это, у тебя только два пути. Либо брось всё и займись этим делом, либо... сразу застрели меня – я дам тебе оружие...

Ну что тут сказать? Даже при самом поверхностном рассмотрении вопроса было ясно, что мой собеседник прав и у меня только два пути.

Короче говоря, стрелять в Шамиля я не стал..."

"Глава 3

Костя Воронцов

НЕТИПИЧНЫЙ ОБРАЗЧИК ПСЕВДОЛОГИИ...

1 сентября 2003 года., н.п. Чернокозово

.

..Оперативный дежурный по сизо спросил: что – с вещами на выход? В смысле, забираете или где?

– Сначала пообщаемся, – сказал я. – Потом определимся...

– В половине шестого срок истекает, – напомнил дежурный. – Вы давайте определяйтесь быстрее. Или забирайте, или оформляйте.

– Сейчас половина двенадцатого, всяко разно успеваем, – успокоил я дежурного. – Полчаса беседуем, потом видно будет. Если не заберём, через пару часов будет вам постановление от чекистов...

Мы с Серёгой сдали оружие и прошли в «следственный блок».

«Следственный блок – это крыло того же здания, где содержится „контингент“. Здесь расположены несколько помещений для допросов, с привинченными к полу предметами интерьера. Оперативный завёл нас в одну такую комнату и сказал, чтобы ожидали. Сейчас приведут.

После того как дежурный ушёл, Серёга с минуту о чём-то размышлял, потом кивнул на дверь и задумчиво произнёс:

– Какие-то неуместные ностальгические флюиды... Нет желания посетить с экскурсией места боевой славы?

– Теперь не пустят, – я усмехнулся и покачал головой.

 – Не то чтобы на пушечный выстрел, а просто не пустят. Деликатно намекнут, что не стоит. И правильно. Ну нас в задницу, от греха подальше...

Мы с Серёгой тут бывали. И вовсе не с экскурсией, а по делу. Мы здесь в марте сего года держали оборону п о всём правилам военного искусства. А некоторые родственнички светлолицего Мовсара штурмовали сизо, чтобы добыть заседавшего здесь основного Дадашева – Сулеймана.

И вообще, если разобраться, Мовсар нам, конечно, не родной, но и не совсем посторонний. Получилось так, что команда крепко поучаствовала в судьбе его семьи.

Дядя Мовсара – Сулейман Дадашев, благодаря нашим усилиям некоторое время сидел в этом сизо, а в настоящий момент приговорён к пожизненному заключению и отбывает наказание. Второй дядя – Аюб Дадашев, в своё время умер в этом сизо. Но не в застенках, а на территории, где-то тут совсем рядом.