Простреленная репутация

– Ты, – Казбек ткнул пальцем в более крупного пленного (коренастый, среднего роста – второй вообще мелкий, хоть и жилистый, совсем пацан ещё). – Имя, отчество, фамилия, звание.

– Константин Иванович Воронцов, – послушно доложил коренастый. – Майор..."

"Вот и раскололся. А когда его били и спрашивали данные, он назвался другим именем.

– Хорошо. Ты... – тычок в сторону мелкого. – Имя, отчество, фамилия, звание.

– Василий Иванович Крюков. Майор, – мелкий вдруг недовольно нахмурился и добавил: – И пошли вы в жопу, уроды! Где мой обед?! Мне уже давно пора жрать!!!

Так.

.. Мы, конечно, с врачом договаривались насчёт непринуждённости... Но не до такой же степени! Видимо, мелкий в быту страшный грубиян и теперь его вовсю «тащит». Я тихонько покрутил ладонью, показывая Казбеку – надо побыстрее, без пауз, чтобы мелкий был занят «вытаскиванием из левого полушария» фактов, но не сиюминутных потребностей.

– Целых два майора, – прокомментировал Казбек и, оценив, видимо, мой жест, заторопился.

– Ты, – это к коренастому: – Где тебя взяли в плен?

– В Тхан-Юрте.

– Майор Крюков?

– Я!

– Где тебя взяли в плен?

– В Тхан-Юрте... Да ну вас на х...й с вашими вопросами! Сначала обед – потом вопросы!

– Молчать, майор! – Казбек пристукнул ладонью по столу. – Ты разговариваешь с бригадным генералом, соблюдай субординацию!

Это неожиданно подействовало: мелкий изобразил подобие строевой стойки, развернулся всем корпусом к Казбеку и отчеканил:

– Виноват! Больше не повторится!

– Я понимаю поведение майора, – сноровисто разрулил ситуацию Казбек.

 – Он думает, что сейчас с ним поступят так же, как с этими предателями, поэтому выступает, показывает боевой дух... Но больше шокирующих сцен не будет. Мы не бандиты, как утверждает продажная пресса и федералы, а регулярная армия Ичкерии. А эти люди, хоть они и совершили ужасное злодеяние, прежде всего солдаты армии противника. Пленные. Их будет судить военный трибунал Государственного комитета обороны Ичкерии. ..

Моджахед с телефоном, всё это время смотревший на часы – по сценарию он должен вмешиваться каждые две минуты, нагнетать обстановку, – опять приложил трубку к уху, затем пошёл было к столу.

– Понял-понял, – отмахнулся Казбек. – Передай – ещё две-три минуты.

Моджахед вернулся на место, пробубнил в трубку что было велено. Всё получилось вполне гармонично, на улице продолжалась стрельба, изредка ухали взрывы... Обстановка выглядела взвинченной до предела.