Ренессанс

 – Я сидел, уткнувшись в учебник латыни.

– Я бы на его месте обиделась, – пробурчала Габи, и струя лака в очередной раз забетонировала мои пряди.

– Во избежание этого я послал ему цветы. – Я чихнул от резкого химического запаха. – Ты могла предупредить? Кажется, эта штука попала мне в глаза.

– Ничего не попало, – хихикнула Габи. – Не ври. Я осторожно делаю. И вообще, будь я Леоном, я бы всё равно обиделась.

– Тогда мне повезло, что ты не Леон.

– Но ты обещал, что мы вместе пойдём смотреть «Щелкунчика». – Она потянула за расчёску, запутавшуюся в моих волосах, да так больно, что у меня чуть глаза на лоб не полезли.

– Ай, Габи! Осторожнее. Все волосы вырвешь.

– Не крути головой, – раздражённо раздалось над ухом. – Когда Леон снова будет выступать, давай пойдём вместе, – потребовала Габриэлла.

– Хорошо. С кем ты ходила? Кто был на постановке?

– Сильвия, Гедеон, ещё два его друга. Я не помню, как их зовут. Ещё Кристин. Но у нас места были лучше. Кристин с мамой сидела позади нас.

– Что за друзья Гедеона? Люмьер?

– Наверное. Вроде его так зовут. Когда был антракт, Кристин сказала, что ей…

– А второй кто? – перебил я, не желая слушать про подружку. – Оскар? Николас?

– Оскара я знаю, – недовольно проговорила Габи. – Это был не он.

– Значит, Николас? Ай!

– Да не знаю я! Сиди смирно.

Я вчитывался в грамматику, пытаясь разобраться со спряжениями глаголов в латыни.

– Габи? – позвал я чуть позже. – Что ты думаешь о полукровках?

– Что? Полукровки? Ты про кого именно? – затараторила Габриэлла.

– Я про вообще. Как ты к ним относишься?

– Никак, – удивлённо выдала она. – А что? – Видимо, я так ошарашил Габи вопросом, что она растерялась. Расчёска повисла на моих волосах.

– Просто."

"– А что про них думать? – Она вернулась к расчёсыванию.

– Ну вот представь, что ты родилась полукровкой.

– Что ты такое говоришь? Как это?

– Что бы ты делала, если бы сейчас была полукровкой? Просто представь.

– Танцевала в «Щелкунчике», – торжественно проговорила она.

– Ну, это вряд ли, – с сомнением произнёс я. – Ты бы, наверное, уже работала, если бы родилась в Запретных землях.

– Дети не работают, – рассердилась Габи.

– А дети-полукровки работают.

– Ты врёшь.

– Ну, может, не все работают, а те, у кого нет возможности платить за обучение.

– А ты? Если бы был полукровкой? – заинтересовалась она.

– Точно бы не ходил по психиатрам, не учил латынь и не ел на ужин бефстроганов.

– И что бы делал тогда?

– Работал бы в доме у такой, как ты. Прислуживал чистокровной.