Конго Реквием

– Он действительно остановится?

– Чуть подальше есть пристань.

Сальво с сосредоточенным видом прижимал к себе свой чемоданчик. Клубы дыма. Жуткий скрежет. Наконец показалось какое-то нагромождение досок.

– Сколько времени он пробудет здесь?

– Я уже говорил: не больше часа. Капитан только завизирует путевой лист – и тронется.

Эрван запустил руку в рюкзак, достал свой «глок» и ткнул им в бок Сальво, даже не пытаясь скрыть свое движение.

– Я же велел тебе не доставать оружие!

– А еще ты мне велел не терять хладнокровия. Если ты не прекратишь свою хрень, я и впрямь могу выйти из себя. Пошли повидаем твоего парня. В зависимости от результата я заплачу или нет.

– Пошли, дядя. За деревьями, метрах в пятистах, Тута. Там есть диспансер, главный в нем доктор Фуамба. Он начинал работать в Лонтано в семидесятых годах.

Внезапно капитан дал задний ход, опрокинув несколько сотен пассажиров, как костяшки домино. Эрван ухватился за что-то, ожидая конца маневра и глядя на людей, сгрудившихся на берегу в окружении тучи мух. Выглядели они немногим лучше нудистов. С голыми торсами и покрытыми грязью ногами они размахивали руками, указывая на пассажиров, грузчиков, а особенно – на него самого: белый на барже – это сулило самые неожиданные заработки.

Они нырнули в свалку, Сальво – в очередной раз используя дубинку, чтобы пробиться сквозь волну тех, кто рвался на борт. Держась сзади, Эрван вцепился ему в плечо, не видя, куда ступает. Опираясь на своего гида, он очутился на твердой земле – вернее, в красном болоте, – прежде чем углубиться в лабиринт то ли улочек, то ли канав, больше всего похожих на гигантские кровеносные сосуды. Там кишели люди, хлюпая по воде, сталкиваясь и отпихивая друг друга на стены, сплетенные из мягких трав.

От этой красоты хотелось кричать. Бубу женщин, их черная блестящая кожа, трепетная зелень растительности… В то же время некоторые детали выдавали нарастающую панику. Особенно на лицах была заметна печать войны – вся безысходность трагедии отражалась в глазах женщин с тюками на голове, младенцами за спиной и полотняными сумками в руках.

– Скоро будем в сухости, – обнадежил Сальво. – Это в пяти минутах.

Эрван глянул на часы: десять минут уже прошли. Он прикинул: пятнадцать минут на возвращение, тридцать на разговор с врачом. Ему предстоит провести самый короткий допрос за всю карьеру.

Диспансер доктора Фуамбы уже осаждала толпа мужчин и женщин, которые орали, толкались, стучали в дверь, лезли в окна. Доступ невозможен.