Реквием в Брансвик-гарденс

– О чем еще нам осталось говорить? – с горечью отозвалась девушка, отодвигая от себя масло. – Все уже сказано, и ничто не помогло. Я бы теперь порекомендовала всем некую толику молчания. Похоже, мы и так наговорили слишком много.

– Мы разговаривали не о том, что произошло в нашем доме, – попыталась объяснить ей миссис Парментер. – Мы говорили о надеждах и мечтах, идеалах… обо всем прекрасном, что мы могли бы разделить.

Удивленный взгляд Клариссы сделался жестким:

Ее выпад был слишком смелым и совершенно бестактным.

Доминик совершенно не так воспринимал вчерашний разговор.

– Ваша мать хотела сказать, что мы разговаривали о путешествиях, дальних культурах и странах, – уточнил он. – Мы сумели на час-другой забыть о нашей общей трагедии.

Мисс Парментер не обратила на его слова никакого внимания. Забыв про еду, она, выжидая, смотрела на Виту.

Та улыбнулась своему воспоминанию:

– Мы просто сидели у огня и мечтали вслух… Говорили о тех местах, где мы хотели бы побывать, если бы были свободны.

– Что ты подразумеваешь под свободой? – требовательным тоном проговорила ее дочь. – В каком смысле свободны? – Она нахмурила брови, и на лице ее появилось сердитое и испуганное выражение. – О какого рода свободе ты говоришь?

– В самом общем смысле. – Доминик, пожалуй, слишком быстро вмешался в этот приобретавший неприятный оборот разговор. Проведенный им с Витой вместе у камина невинный вечер превращался в нечто совершенно другое. Священник почувствовал, что такая мысль заставила его покраснеть, и одновременно удивился тому, как ранит его то, что недопоняла его именно Кларисса.

– Мечты среди бела дня, – заторопился он. – Ну разве мы можем оставить все дела и броситься во весь карьер в Персию, Кашмир… да куда угодно? Это было бы и дорого, и опасно…

Посмотрев в лицо девушки, он умолк.

– И вы весь вечер проговорили об этом? – бесхитростно переспросила та, глядя на него несчастными глазами.

– О чем-то в этом роде, – согласилась ее мать. – Моя дорогая, тебе не следует волноваться по этому поводу.

Зачем? Это было просто короткое мгновение счастья посреди всех наших бед. Нам надо дружить, оставаться близкими друг другу. Я даже не могу сказать, насколько благодарна Доминику за то понимание, отвагу и силу, которые он продемонстрировал во время этого кошмара. На мгновение наша дружба сделалась идеальной. Разве странно, что я была рада возможности разделить с ним прекрасные мечты?

Кларисса сглотнула.