Развод. (не)фиктивная любовь (СИ)

— Только я ее не люблю, батя.

И почему боже, почему мне больно слышать его откровение? Спросили бы меня пять минут назад, любит он или нет, я бы уверенно сказала, что нет. Так почему в груди печет до слез?

— А она тебя — да, — продолжает свекор.

— Не думаю, — настаивает муж, а я понимаю, что пора валить по-хорошему, потому что разговора Грозовых я не выдержу. — Ей не за что меня любить.

А вот это правда. Любить мне его не за что, только это никак не облегчает моего положения.

— Я за телефоном.

Сейчас вернусь.

Как только Артур это произносит, я стрелой лечу наверх. Наверное, мне помогли высшие силы, потому что отец отвлек мужа еще на пару секунд и я сумела остаться незамеченной.

Залетаю в спальню, на ходу стягивая с себя одежду, и в одном белье юркаю под одеяло. Теперь надо дыхание замедлить каким-то чудом, чтобы он, не дай бог, ничего не заподозрил.

Слова свекра взбередили душу, но о них я подумаю позже. А лучше — никогда.

Шаги Артура я слышу издалека.

Натягиваю одеяло на губы и нос, чтобы заглушить шумное дыхание, и поворачиваюсь набок, чтобы быть к нему спиной, когда зайдет.

Вот он входит. Шаги тихие, осторожные. Он что, боится разбудить? Меня?!

Да нет, мне, наверное, что-то подсыпали в вино, вот и чудится всякое.

Он берет с кровати телефон и вот-вот должен уйти. Но матрас за спиной вдруг прогибается...

Глава 13. Компромисс?"

"Грозовой не просто пододвигается ко мне. В один момент я ощущаю, как его дыхание колышет прядь моих волос у лица.

Хорошо, что я накрылась одеялом по самое не хочу, и он не узнает о том, что его близость вынуждает меня дрожать.

От страха разоблачения в том числе, но есть и кое-что ещё.

Он задерживается около меня совсем недолго и уходит, оставляя меня в полной растерянности. Но длится она недолго, потому что я, о, удача, засыпаю.

Всю ночь мне снятся кошмары, от которых я просыпаюсь бесконечное количество раз.

В короткие секунды пробуждения я даже себя ругаю за то, что пила вино. Ведь кошмары у меня сто процентов от него.

Момент, когда в постель приходит Артур, я пропускаю.

Зато, когда я подрываюсь и в очередной раз вскрикиваю от кошмара, слышу его ворчание:

— Марьяна, блин! — сонным голосом ругается он, причём слышу я его так отчётливо, словно он у меня за спиной. — Поспать дай, а то всю ночь скулишь.

— Я не виновата, — бурчу в ответ.