Развод с миллиардером

Теперь я ему никто и щадить он меня не собирается. Скорее, хочет отомстить. Но не сейчас."

"– Итак, – начинаю я, – перейдем к делу. Насколько я поняла, тебе зачем-то понадобилось, чтобы я появилась перед кем-то из твоих знакомых в статусе жены.

– А ты проницательна, – издевка так и сквозит в его голосе.

– Если ты и в самом деле хочешь, чтобы я на это согласилась, то будь добр, выброси к черту свои шуточки. Ты в моем доме, и мы друг другу никто, поэтому я не задумываясь и без сожаления могу выставить тебя за дверь, – осаждаю его, потому что меня нервирует его поведение.

Он уверенный в себе, непробиваемый, я же отчего-то теряюсь и дрожу. С трудом сохраняю самообладание.

Так нечестно.

– Ну, выставить за дверь – это то, что ты всегда умела лучше всего, – дерзит мне в ответ, напоминая о прошлом. При этом выражение его лица не меняется ни на грамм.

Несколько мгновений мы буравим друг друга взглядами. Потом я все же решаю, что нужно как можно быстрее с этим заканчивать, иначе можно сойти с ума. Если я и в самом деле соглашусь на эту авантюру, понятия не имею, как мы будем находиться в обществе друг друга больше тридцати секунд. Слишком уж осязаемы напряжение и неприязнь между нами.

– Прежде чем согласиться, я хочу узнать причины, по которым я нужна тебе. Не хочу, знаешь ли, быть втянутой в какие-то неприятности. Потом я озвучу услугу, которая понадобится мне взамен, и если ты сможешь ее выполнить, то мы обговорим условия нашей сделки.

– Нет, – качает головой Тимур, сощурив глаза, – сначала ты озвучишь, что тебе нужно, потом будем говорить об остальном.

Я делаю глубокий вдох, успокаивая рвущуюся наружу злость. Он холоден и спокоен. Я же словно вулкан. Даже завидно на мгновенье стало.

– Ты пришел ко мне с просьбой, Тимур. Поэтому я могу диктовать свои условия. И поверь, я не горю желанием трясти перед тобой своим грязным бельем, и уж тем более не хочу, чтобы ты знал о моей… – Я морщусь, стараясь подобрать подходящее слово. – …ситуации, если наши дороги все же разойдутся. Поэтому сначала говоришь ты, потом я. Если не устраивает – где дверь, тебе известно. Прости, но провожать не стану.

– А ты изменилась, Майя. – Уголки его губ приподнимаются в намёке на улыбку.

– Не растекаюсь лужицей перед тобой?

– Дерзить научилась.

– Сочту это за комплимент.

– О, это и есть самый настоящий комплимент.

– Ты, кстати, тоже изменился. Стал хамоватым и высокомерным, – не могу удержаться я.