Босс для разведёнки

— Ой, не надо больше! А то болит сильнее.

Решаю, что хватит терять время, надо срочно к врачу. Мы летим в частную детскую клинику, где главный врач дружит с моим тестем, ибо документов на девочку у меня нет, а тут без особого отношения никак не разобраться.

К счастью, у Кнопки только сильное растяжение. Ей чем-то мазюкают и бинтуют ногу, мне дают рекомендации, а я опоздал на сделку на пять минут.

Глаза и лица собравшихся надо было фотографировать для истории или инета, когда я вошёл в зал для совещания с ребёнком на руках, но оставить её на попечение неизвестного мне секретаря я тоже не мог.

Ответственность за чужого ребёнка давила на мою голову как стокилограммовая плита.

Усадил Эвелину чуть в отдалении от стола с книжкой, что купили в клинике, пока ждали результаты снимков.

— Господа, приступим? Или контракт с моей компанией вас больше не интересует?

Моим голосом можно было полуфабрикаты замораживать, так что все перестали пялиться на девчонку и зашуршали бумагами.

Дальше легче. Или нет?

Большой супермаркет мы обошли, кажется, весь, так как мы каждый раз вспоминали, что нам что-то надо.

Я давно не хожу по магазинам сам, для этого у меня есть домохозяйка, что поддерживает чистоту в доме и наличие еды в холодильнике и на полках. Ещё чаще я питаюсь в ресторане или на заказ, но сегодня …

Выдохнул только на кассе. А вот Кнопке понравилось. Она почти все это время сидела верхом на мне, ибо место в тележке резко сокращалось от покупок.

На сегодня отменил ещё две встречи, решая, что эти вопросы могут и до завтра потерпеть, когда я собственноручно сдам ребёнка матери, а пока …

Кнопка уснула, едва мы выехали из города.

Её едва было видно из-за огромного медведя, что мы купили. Детские ручонки кое-как смогли его обхватить за толстое пузо, но зато теперь игрушка служила неким подобием подушки.

Блаженная тишина радовала слух, но ничто не вечно!

Мобильник, стоящий на вибрации, елозил в своей подставке.

Я прокляла себя, свою забывчивость, невнимательность и вообще весь сегодняшний день.

Восемь пропущенных из сада, два из офиса, десять от тёти Тани и меня накрывает бескрайнее чувство паники.

По прилёту я забыла включить звук на телефоне, потом его потеряла в недрах сумки, а времени везде было в обрез, так что мобильный я отыскала только после встречи с поставщиками.

Воспитатель трубку не взяла, но зато ответила тётушка.

— Ева, ты где пропала?

И её волнение из трубки потоком выливается на меня.

— В командировке. Ты же в курсе. Телефон потерялся.