Босс для разведёнки

Я же сидела с вилкой в руке, боясь даже спину расслабить, так как чёрная аура слева поглощала меня с потрохами.

— Ева, ешь. Ты голодна, — как маленькому ребёнку приказал Богдан Анатольевич, пока Кирилл уточнял у Эвелины, что она желает на обед

Я молчала и не двигалась. Мне просто надо успокоиться и послать его мысленно в задницу гиппопотама. Дочь с замом пошли обратно на детскую площадку, так как её мишка оказался позабытым на качелях, а покормить несчастного надо обязательно. Хотела тоже рвануть за ними, но чувствую, что если двинусь с места, то босс меня точно тронет.

Мужчина же, явно недовольный моим непослушанием, слегка нагнулся в мою сторону.

— Ев, выдохни. Я устал и практически безобиден. Трогать не буду. Тем более тут Кир и ребёнок. Я сволочь первостепенная, но дебилом никогда не был.

Его горячее дыхание щекотало моё открытое от волос ухо, что захотелось немедленно его почесать. Не выдержала и дёрнулась рукой к нему.

— Ой, — это всё, что я смогла выдать после того, как стукнула начальника по его определённо любопытному носу!

Сморщилась в ожидании грозного рыка со стороны раненого, но последовала лишь тишина.

Осторожно повернула голову в его сторону, встречаясь с уставшим взглядом тёмных глаз.

Хотя … почему тёмных-то? Сейчас в естественном освещении и совсем на коротком расстоянии я поняла, что у Аренского серые глаза, как мокрый асфальт. Мне же с нашей первой встречи мерещились абсолютно чёрные, как адская ночь, очи.

Наверное, это удивление отразилось у меня на лице, так как в ответ изогнулась в немом вопросе мужская бровь.

— Я не специально, — наконец-то выдала я в свою защиту.

Вдруг он просто думает, в какой лучше форме мне отомстить за нанесение ему телесных.

Хотела отвернуться, так как ответ я получила, но его взгляд меня не отпускал. На сером дне что-то таилось, и если верить его словам и виду, то, наверное, это действительно усталость.

Аренский в самом деле очень много работает. Наверное, не будь у нас личных прений, то он бы стал моим кумиром и образцом для подражания.

Такой темп работы выдержит далеко не каждый.

На секунду мне стало его жаль — когда работой заполняешь пустое место в груди, то это грустно и плохо. Проходила- знаю.

Я отвлеклась ровно на одну эту самую секунду, но после неё же Аренский уже был в ударе. Его рука, что как-то оказалась за моей спиной, ловко оттянула ворот моей водолазки вместе с шейным платком, а горячие губы в тот же момент оставили практически невесомый поцелуй в шею.