Разве я могу быть счастлив без тебя

Стараясь сильно не вдыхать неприятные ароматы, окутавшие её с ног до головы, девушка посмотрела на Глэдисс, которая теперь стояла совсем рядом.

Обтерев жирные пальцы о порядком замызганный передник, повариха обратилась к Еве, обдавая зловонным дыханием.

— Смотрю, ты опять здесь? Прошлый урок тебя ничему не научил, — окинув Еву презрительным взглядом, Глэдисс протянула руку, будто желая прикоснуться к нежной коже ее лица, — Очень жаль будет испортить такая красоту.

— Господин приказал не трогать меня, — отшатнувшись от грязных рук, Ева не смело посмотрела на повариху.

Почему бы ей не воспользоваться своим новым положением, ведь Один уже несколько раз обвинял её в подобном. Так может сделать это правдой? Она уже устала ходить с синяками, а Одина все боялись. Может и ей это поможет, — А так же сказал, что в случае чего, я могу прийти и пожаловаться, — голос Евы дрогнул, но она не позволила себе запнуться. Конечно же, Один ей такого не говорил.

Тень испуга промелькнула на лице Глэдисс, а на кухне повисло неловкое молчание.

Никто не мог поверить в то, что Ева посмела так говорить с главной поварихой. Такого себе никогда не позволяли. Особенно в её владениях, на кухне, там, где только она заправляла всем и всеми.

— Сегодня моешь полы и выносишь еду в зал, — проворчала Глэдисс, недовольно посматривая на Еву.

Оставшуюся часть вечера, Ева старательно отмывала грязные полы. Она не могла поверить, но кажется её уловка сработала. Теперь Глэдисс точно не посмеет поднять на неё руку. Главное, чтобы её слова ни достигли ушей Одина, иначе ей несдобровать.

Продолжая орудовать мокрой тряпкой, Ева заметила, что одна из служанок, в старом потрепанном платье, подает её знаки рукой. Отбросив тряпку, Ева подошла к девушке.

— Бери еду, и неси в зал. Скорее, — сделав неопределенное движение в сторону печи, служанка и сама подхватила тяжелое блюдо с мясом.

Взяв в руки второе блюдо, Ева направилась вслед за девушкой. В памяти всплыл недавний вечер, когда она точно так же шла в зал. Теперь же кроме боли в ноге, Еву ничего больше не мучило.

И эта мысль поразила Еву, словно удар молнии.

Её жизнь так сильно изменилась за каких-то несколько дней. Раньше она и рта открыть боялась, теперь же дала отпор Глэдис. Ева задержала дыхание, внезапно почувствовав гордость за саму себя.

Невесело хмыкнув, Ева передернула плечами и постаралась сосредоточиться на тяжелых тарелках с мясом, которые так и норовили выскользнуть из дрожащих рук.

Наконец, показался вход в главный зал.