Разве я могу быть счастлив без тебя

Он из последних сил перевернулся на живот, собираясь отползти обратно, но тут его взгляд упал на меч, лежащий совсем неподалеку, всего в нескольких шагах. Только бы добраться до него, и тогда, может быть у него еще будет шанс на победу.

Зарычав, он пополз вперед, собираясь вновь схватить свое оружие, но Один помешал ему. Опустив сапог ему на шею, он прорычал.

— Я должен был сделать это уже давно.

Захрипев, Гаррик дернулся, вытягивая руку вперед, и нащупывая рукоятку меча, и в одно быстрое движение притягивая его к себе.

Просто так, он не примет свою смерть. Только забрав Одина с собой, он успокоится. Никто не будет жить спокойно.

Размахнувшись, Один зарычал, и вонзил свой меч, в тело поверженного врага. Захрипев, Гаррик дернулся в последний раз и замер, уставившись в небо, невидящим взглядом.

Закрыв глаза, Один опустился на колени и устало вздохнул. Больше Гаррик никогда не посмеет навредить Еве, никогда.

Дыхание вырывалось их него резкими быстрыми хрипами. Он не мог поверить, что Гаррика больше не будет в их жизни.

Он убил его, избавив этот мир от еще одного ублюдка.

Он уже хотел подняться на ноги, как услышал такой знакомый треск. Медленно, будто во все, он обернулся и с ужасом увидел меч Гаррика, вонзенный прямо в снег.

Словно безумный, он прижал ладони к снегу и принялся торопливо расчищать его. Совсем не к месту, но в памяти всплыл тот ужасный сон, что преследовал его уже долгое время.

И вот, уже наяву, он увидел, как по всей поверхности льда расходится длинная трещина.

Больше не двигаясь, он прижал руки в хрупкой поверхности. Впервые в жизни, он не знал, что делать. Он понимал, что как бы быстро он не двигался, его массивное и крупное тело, заставит лед ломаться еще быстрее.

Он не мог умереть. Только не теперь.

Медленно, он опустился на живот, и пополз к берегу, надеясь, что успеет выбраться. Но, удача покинула его. В одно мгновение, он провалился под лед и оказался в холодной воде. Его накрыло с головой, затягивая все глубже на дно.

Борясь с водой и тратя последние силы, он вынырнул, пытаясь зацепиться за край льда. Но ничего не получалось, замерзшие мокрые руки скользили, а лед крошился.

И только одна мысль грела душу. Евы не было рядом. Сон сбылся, а значит ей и ребенку ничего не грозит.

— Мы должны вернуться, — прошептала Ева. Невыносимая тяжесть поселилась в ее груди, болью отдаваясь во всем теле. — Прошу, давай вернемся. — еще сильнее взмолилась она.