Разве я могу быть счастлив без тебя

Прокручивая в голове эту мысль, она переступила последнюю ступеньку и наконец достигла второго этажа. Она прошла всего несколько шагов вперед, когда поняла, что больше не в силах выносить тяжесть ведра и поэтому поспешно поставила его на пол.

Но даже избавившись от него, Ева не почувствовала желанного облегчения. Вместо него, она остро ощутила надвигающийся приступ тошноты. В панике, она крепко сжала рот и зажмурившись, вытянула руку, на ощупь нашаривая каменную стену. В висках пульсировало, даже глотать было неприятно, при каждой попытке горло ощущалось слишком чувствительным и болезненным.

Прижавшись к стене Ева задрожала, внезапно осознавая, какой беспомощной и одинокой, была на самом деле. Ей не верилось, что может пережить один день, что уж говорить о дальнейшей жизни. Как бы она хотела оказаться в кровати и спрятаться от всех под теплыми одеялами.

Если бы только это было возможно. Ведь вместо кровати, сейчас ее ожидала только пустая комната, которую предстояло отмыть дочиста.

Ева нерешительно вздохнула, проверяя свое состояние. Несомненно, небольшая передышка пошла на пользу, практически возвращая ей более-менее нормально состояние. Приступ стих, оставляя лишь небольшие отголоски, с которыми она хотя бы могла справиться.

Опасаясь, что все может повториться, Ева наклонилась и подняла ведро. Осталось пройти еще совсем немного и только тогда, может быть, укрывшись от посторонних глаз, сможет позволить себе немного отдохнуть.

Но, даже несмотря на небольшое расстояние, она дошла до комнаты, едва передвигая ноги. Ей пришлось сделать еще одну остановку, чтобы перевести дыхание, и только после, она толкнула закрытую дверь. Поморщившись от громкого протяжного скрипа, с которым та распахнулась, Ева зашла внутрь и огляделась вокруг.

Прожив в замке всю сознательную жизнь, ей никогда прежде не приходилось бывать в этой комнате. Хватило одного взгляда, чтобы понять, что по всей видимости, сюда вообще редко кто заходил.

Запущенная. Вот, каким словом она могла описать комнату. Даже слишком запущенная. Пол покрылся толстым слоем пыли и грязи, а одинокий стул, без спинки, стоял у стены и как оказалось, был единственным предметом мебели.

Прикрывая нос, чтобы защититься от пыли, витающей по комнате, Ева поспешила к узкому окну и практически высунувшись наружу, с наслаждением глотнула ледяной воздух.