Разве я могу быть счастлив без тебя

Здесь и сейчас, он был только зверем, мстящим за одну убитую жизнь и за одну искалеченную.

Сейчас, находясь на равных условия, они использовали все, что было им под силу, с каждым разом нанося друг другу, все более безжалостные удары. И, даже не смотря на предыдущее сражение, Один чувствовал, как в нем бурлят силы. В этом сражении не было места усталости. Именно здесь, все, что он долгие годы скрывал в своей душе, выходило на поверхность. Ненависть, боль, дикая жажда убийства. Все это выплескивалось из него, оставляя свои разящие следы на теле Гаррика.

Уклонившись от удара кулака, Один взмахнул рукой, обхватывая болтающейся на ней цепью, шею Гаррика, и прижимая его спиной к себе в удушающем захвате.

Зарычав от охватившего искушения еще сильнее сжать шею бьющегося в его руках мужчины, Один быстро оттолкнул его от себя.

— Я, твое наказание. Ты никогда не получишь легкой смерти, — прошипел Один, отгоняя от себя желание покончить с этим раз и навсегда.

Упав на грязный пол, Гаррик схватился за шею, лихорадочно откашливаясь и сплевывая кровь из разбитой губы.

— Ты еще пожалеешь, что не убил меня в этот момент, — прохрипел Гаррик, из последних сил поднимаясь на ноги. — Тебе никогда не получить прощение ни от короля, ни от своей семьи. В их глазах, именно ты, а не я, навсегда останешься убийцей, — оскал исказил и без того дьявольские черты лица Гаррика. — Только мы с тобой знаем, что произошло там, много лет назад. Тебе не выйти из этой игры победителем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Услышав произнесенное, Один засмеялся, но в этом смехе не было ничего веселого.

Безумные нотки, звучащие в нем, заставили кровь в жилах Гаррика застыть от страха.

— Мне не нужно ничье прощение! Я заберу лишь то, что принадлежит мне по праву. И это твоя жизнь. Ты отдашь её, хочешь того или нет, — быстро освободив свою руку от цепей, Один подошел в Гаррику. — Ты даже представить себе не можешь, с каким наслаждением я любуюсь твоей кровью на своих руках.

И это незабываемое ощущения во много лучше, чем вид твоей быстрой смерти.

— Ублюдок, — прорычал Гаррик, с долей восхищения оглядывая могучую фигуру своего противника, пока тот вновь приковывал его к стене. Сейчас, даже не смотря на свою показную браваду, он чувствовал, что вновь и вновь проигрывает Одину.

Проверив цепи, Один в последний раз посмотрел на Гаррика, а затем широким шагом направился к выходу.