Разве я могу быть счастлив без тебя

Если Джеймс решился на такие действия, значит так и надо. И не в привычках Одина было вмешиваться в чужие дела.

Пройдя через дверной проход, Один зашел в главный зал. Первое что бросилось ему в глаза, был Гаррик, надежно прикованный цепями к стене. Даже один его вид будил в Одине желание разорвать эту падаль голыми руками. Но еще рано, совсем рано. Пусть думает, что то, что происходит с ним сейчас, это высшая мера наказания. Надо разозлить его, и увидеть, что он предпримет. А Один будет наблюдать за ним и выжидать, тем более сейчас ему было чем заняться.

Заняв главное место за столом, Один подозвал Деррика, воина, который как раз в это время входил в зал. Его воинам еще предстояло освоиться, и судя по довольной улыбке на лице Деррика, начало уже положено.

— Приведи сюда мою девку, — отдал приказ Один, махнув рукой в сторону лестницы, — Если будет упираться, тащи, не жалея. Я разрешаю.

Краем глаза, Один увидел, как в своем углу передернулся Гаррик, когда услышал приказ. Усмехнувшись, мужчина сделал знак служанке, мелькающей в зале.

Поняв его с полуслова, женщина метнулась в сторону кухни, стараясь как можно быстрее услужить воину. Сейчас Один хозяин в замке, и его приказы должны выполняться беспрекословно.

Откинув голову на спинку высокого деревянного стула, Один прикрыл глаза. Как же долго он ждал этого часа. Годы кочевой жизни и изнурительной борьбы, каждое прожитое мгновение приближало его к этому часу, часу мести. И любое сопротивление, оказанное ему, будет сурово наказано.

Все должны понимать, что с этого дня их жизни поменялась.

Если они хотят жить спокойно, им стоит привыкнуть к этому. Теперь это его замок, его по праву, и ни у кого не должно возникать сомнения, в том, что именно он хозяин и вожак.

Когда дверь снова распахнулась, Ева вздрогнула от испуга. Но как оказалось, в комнату вошел вовсе не Один, а незнакомый ей воин. С презрением взглянув на нее, мужчина произнес:

— Один желает видеть тебя в зале, девка. И лучше не заставляй меня марать об тебя руки, а иди сама и по своей воле.

Я, конечно люблю женщин, но даже прикасаться к такой как ты не пожелаю.

От таких унизительных слов, Ева вздрогнула, дрожа от ужаса. Но, прекрасно понимая, что было очень глупо рассчитывать на то, что ее, наконец, оставят в покое, она с трудом поднялась на ноги, скрипя зубами от боли в ноге. Едва удерживая равновесие, Ева только сейчас вспомнила, что у нее нет никакой одежды, и мужчина, по-прежнему смотрит на нее, даже не потрудившись отвести взгляд.