Разве я могу быть счастлив без тебя

Медленно, он начал входить и выходить из нее, подбодряемый диким движением бедер, которыми она встречала его. Теперь он уже не мог остановиться. Его движение стали быстрее и резче. С каждым разом он все глубже и глубже входил в ее тело, заставляя ее издавать громкие стоны. Ухватив нежное бедро девушки, Один крепко держал ее, теперь уже забыв обо всем на свете. Сейчас ему нужно было только одно. Взять эту девушку, поставить на ней свою метку, сделать её своей навсегда. Его бедра пришли в дикое движение, он входил в податливое тепло все глубже и глубже.

— Посмотри на меня — прорычал Один, испытывая непонятное желание посмотреть в ее глаза, наслаждаясь светом, что горел в них.

Приоткрыв глаза, Ева посмотрела на двигающегося Одина, ни на минуту не переставая стонать от удовольствия.

— Моя — каждым грубым движением бедер, он словно подтверждал своим слова, видя ее за собой.

— Да, да — простонала Ева. Теперь она не сомневалась в том, что навсегда принадлежит этому мужчине.

Издав яростный стон, Один почувствовал, как его тело захватывает неизбежное наслаждения.

Продолжая лихорадочно двигать бедрами, он крепче прижал Еву, с рычанием изливаясь в податливое тело. Ева выгнула спину, с радостью встречая тепло Одина, чувствуя, как и ее тело наполняет наслаждение.

Тяжело дыша, Ева хотела опустить ноги, но Один удержал ее, не позволяя сделать это. Аккуратно перевернувшись, он прижал девушку к себе, начиная поглаживать ее больную ногу. Все еще дрожа, после всего произошедшего, Ева прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди.

Закрыв глаза, она прислушалась к спокойному дыханию Одина, понимая, что оно убаюкивает ее.

— Спи — спокойно приказал Один, не переставая гладить ее ногу. Улыбнувшись, Ева еще крепче прижалась к нему, теперь уже с наслаждением выполняя услышанный приказ.

Почувствовав спокойное дыхание прижимающейся к нему девушки, Один вдохнул манящий запах ее волос, понимая, что Ева уснула. Закрыв глаза, он понял, что в этот момент, многое в его жизни изменилось, и назад дороги больше нет.

— Нам необходимо поговорить. — прошептала Лира, отвлекая Джеймса от чистки лошади.

Она видела, как он зашел на конюшню, и ринулась следом, понимая, что ей выпал единственный шанс поговорить с ним наедине, не дожидаясь при этом ночи.

— О чем? — резко спросил Джеймс, продолжая работать. Короткими, нежными движениями он проводил мокрой щеткой по лоснящейся коже лошади, находя в этом обычное успокоение. Как и всегда.