Хозяйка графских развалин

То, что он моему имени предпочёл формальный титул, даже не родовой, тревожный звоночек. Я понимаю, что Гарет особенно остро переживает собственную уязвимость. В Дом пришли беспрепятственно, скрутили, притащили.

Мало того, Гарет ведь не просто так рвётся меня прикрыть — наверняка он чувствует себя должным обеспечить мою безопасность.

— Пожалуйста, не берите на себя больше, чем возможно. Только я несу ответственность за последствия своего решения сделать глоток.

— Что?

— Я вижу, что вы за меня беспокоитесь, и я признательна вам, Гарет, но беспокойство и ответственность разные вещи. Поскольку я приняла решение, вы за него не отвечаете и отвечать не можете, — и совершенно другим тоном буднично уточняю. — Пробовать напиток будете?

Гарет предпринимает очередную попытку освободиться. Лично я подозреваю, что магические путы физическим усилием не снять, но с советами не лезу.

Ответа я не получаю.

Я обидела Гарета? Надеюсь, он сможет меня понять.

Я поднимаю на шпажке зелёное угощение.

— Ответственность за вас мне передал ваш отец, Даниэлла."

"— Хм? — я аж зубами щёлкаю от неожиданности и оборачиваюсь. — Вы серьёзно, Гарет? Мой отец отправил меня в заснеженные руины в тонюсеньком платье и с непросушенными волосами. Он не только не дал мне хотя бы шаль, но и не убедился, что вы меня встретите вовремя, до того, как я окоченею. То, что я сейчас разговариваю с вами, а не трясусь в лихорадке при смерти, чудо и забота тётушки Хлои с её волшебным отваром. Поэтому уверяю вас, Гарет, та ответственность, которую вам передал батюшка, ни что иное, как пшик, обман и пустышка.

Примерившись, я пробую “капусту”. Шкурка плода — полагаю, тёмно-зелёные шары всё же растительного происхождения — упруго пружинит.

Гарет молча наблюдает.

Я прокусываю шкурку. “Капуста” по плотности напоминает банан, только сочный, сладковато-пряный. Мякоть рассыпается во рту. Я доедаю вторую половинку “капусты”, запиваю. Сочетание десерта и напитка на диво удачное.

— Да, я попробую напиток, — неожиданно заявляет Гарет. Прежнюю любезность он где-то растерял. В голосе звенит вызов.

— Надеюсь, вам понравится, — я просто не могу удержаться от провокации и не уточняю, что именно понравится, вкус или то, как именно я помогу Гарету напиток попробовать.

Наколов вторую “капусту”, я подношу шпажку к губам Гарета и, вновь дразня, слегка касаюсь.

Я толком не могу объяснить себе, к чему устраиваю то ли игру, то ли вовсе соблазнение.

Да, мы в плену. Да, возможно, прямо сейчас палач точит топор.