Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Некоторые формы информации из мира прикосновений отправляются в противоположную часть мозга, в то время как остальные попадают в оба полушария. Как бы нам использовать это в экспериментах? Возможность казалась заманчивой, во многом благодаря работе, проведенной до нас.

Чтобы решить эту головоломку, мы сначала завязывали пациенту с расщепленным мозгом глаза и помещали предмет в его правую руку. Затем спрашивали: “Что у вас в руке?” Пациенты всегда называли объект правильно, без заминок. Информация о форме предмета попадала в левое полушарие. Затем мы клали объект в левую руку пациента и задавали тот же вопрос. На этот раз информация о форме предмета попадала в правое, “неговорящее” полушарие. Пациенты обычно были неспособны назвать предмет. Интересно, впрочем, что действия над ним они производили правильные. Это позволяло предположить, что правое полушарие знает, что лежит в руке, но, поскольку в нем нет центра речи, не может назвать этот предмет. Равно как информация о его форме не могла быть передана в левое, “говорящее” полушарие. Тот факт, что над объектом совершали подходящие действия, также показывал, что оба полушария хранят информацию о природе предметов – то есть система памяти в этой своей части избыточна, она дублируется. И все это стало известно благодаря одному экспресс-тесту[51]. Потрясающе!

В один солнечный полдень я тестировал У. Дж. в его доме в Дауни. Я до сих пор помню, какое удовольствие ему доставил следующий тест. Я приготовил набор небольших деревянных брусков, из которых торчали гвоздики. Я ожидал с их помощью понять, сумеет ли У. Дж. отличить брусок с одним гвоздиком от бруска с несколькими гвоздиками. Я завязал ему глаза и начал давать бруски. Сначала я клал их в его правую руку, и тогда он легко их различал, а затем в левую. Задание было простым – сравнить бруски. Я давал У. Дж. один брусок, потом забирал его и клал в кучку к другим. Затем У. Дж. ощупывал их и старался найти среди них нужный. Выяснилось, что каждая рука способна справиться с этим простым заданием на сопоставление с образцом.

Впрочем, интереснее всего было то, что делала его левая рука (контролируемая правым полушарием), когда в нее вкладывали брусок с одним гвоздиком. У. Дж. поднимал его за шляпку гвоздя и вращал. Казалось, будто правое полушарие пациента красуется, показывая, как ловко оно управляет подконтрольной рукой, пусть и не может передавать информацию о свойствах объекта. Еще он посмеивался, совершая эти манипуляции.