Экстрасенс разбушевался

А быстро кубинцы развернулись! Чаны, где заваривается мате, промышленные термосы… На выходе – стеклянные емкости с отваром. Я проверил их – все в порядке, концентрация активных молекул в норме. В упаковочном цехе емкости помещали в деревянные ящики, уплотняли ватой и тащили к грузовикам. На площадке перед цехом их стояло несколько.

— Повезут в клиники, — пояснил директор. — Работаем круглосуточно, но лекарства все равно не хватает. Спрос большой.

— А какая дозировка? — спросил я.

— Детям до семи лет – двести миллилитров, — ответил Рамирес.

 — В два приема. Подросткам – вдвое больше. Взрослым – втрое или вчетверо, но сказать точно не могу. Им лекарства не дают. Фидель сказал: «Для начала вылечим детей», — он вздохнул. — Не могли бы вы оценить наши экспериментальные разработки? Раз уж здесь?

Разработки я забраковал – молекулы в представленных образцах не размножались.

— Пытались заменить мате, — объяснил директор. — Было б хорошо вырабатывать лекарство из собственного сырья, но пока покупаем в Аргентине.

Их торговцы уловили интерес с нашей стороны и взвинтили цены. Сейчас ищем поставщиков в Бразилии и Парагвае. Но еще не ясно, подойдет ли их мате. Да и денег нет совсем. Выделенные лимиты кончились.

Он хитро посмотрел на меня. Ох, не зря послал меня сюда Фидель! Знал, кого можно потрясти. И ведь не упрекнешь – для людей старается.

— Сто тысяч долларов, — выпалил Рамирес и добавил: – Для начала.

— Пусть посольство в Аргентине даст номер счета в банке. Я переведу деньги.

Вернете, как разбогатеете.

— Спасибо, компаньеро! — директор схватил мою руку своими и энергично затряс. — Кстати, Михаил Иванович. Наше министерство здравоохранения поручило нам придумать название лекарства. Мы тут посоветовались. Вот! — он взял банку и развернул ее этикеткой ко мне.

«Miguel», — прочел я. «Мигель» то бишь. Ясен пень, в честь кого.

— Нравится? — улыбнулся директор.

— Интересно, — согласился директор. — Предложим.

Он все же затащил меня в кабинет, где угостил ромом и сигарой.

Куба… Затем меня отвезли в аэропорт. Перед этим я переоделся в свой костюм, форму и награды спрятал в сумку. Незачем пробуждать лишний интерес у аргентинских пограничников. На прощание мне вручили запечатанный конверт и кубинский паспорт. На снимке в нем я был в гражданской одежде – фотограф использовал монтаж.

— Команданте просил вам передать, что на Кубе вы всегда встретите теплый прием, — сказал вручивший пакет адъютант с погонами майора.