Расплата за невинность

Он бил её по лицу, снова и снова обзывал разными словами, но она продолжала сосать, стараясь доставить ему удовольствие. Иногда боль от пощечин становилась невыносимой и по её щекам текли слезы, но она сразу же вспоминала, ради чего она страдает и зажмурившись, продолжала работать язычком.

Иногда у неё было сильное желание тоже сделать ему больно, выставить зубки, чтобы провести ими по концу, и пару раз она это даже проделывала. Мужчина страстно рычал и бил её по лицу. Но члена не вынимал, только более отчаянно трахал ее, словно эта боль усиливала в нем желание.

Порой, когда соленая смесь наполняла её рот, заходя за зубы, Ирина пыталась схитрить и не глотать её, но он всегда был на шаг впереди неё и предусматривал всё. Он снова бил её по лицу, закрывая нос и рот, не позволяя дышать, и таким образом заставлял проглотить его семя.

Когда его сперма наполняла её изнутри, она ощущала, как ей становиться трудно дышать. Словно эта жидкость попадала в легкие и обволакивала всё.

Но его присутствие рядом не давало ей отчаиваться. Чувствуя, что он всё ещё рядом, она улыбалась от радости и продолжала ласкать его.

Осторожно ощупывая губами его мошонку, она всегда с удивлением замечала, как после того, как любимый получал оргазм, она становилась уже не такая твердая как раньше.

Господин гладил опавшим членом Ирину по лицу, клал его на нос, а потом больно бил ладонями по лицу.

Ирина старалась не кричать, опасаясь, что соседи вызовут полицию и господина заберут. Больше всего она боялась остаться одна. Страх остаться одной, без него, сводил ее с ума, хотя порой, ей хотелось, чтобы он просто упал замертво, особенно когда он избивал ее так, что она потом не могла ходить.

Но было в его поведении и что-то такое, что заставляло сердце Ирины трепетать ещё больше. Мужчина умел ухаживать: цветы, подарки, комплименты…

Иногда он вёл себя так, словно между ними не было этой дикой игры в Господина и рабыню. А когда она снова таяла в слезах от его признаний, он достав длинный канат, сложив его, он переворачивал её на живот и стегал им по спине.

Дикая боль проносилась по всему телу и останавливалась где-то в центре, в области правой лопатки, ниже. Стискивая зубы, смачивая слезами тряпку, которой обмотаны глаза, Ирина продолжала со страхом прислушиваться к его действиям.

И сейчас, Ирина стоит на ногах с перевязанными наспех глазами. Ощущает, что под ногами слишком мокро. Она делает слабые попытки отойти, но он ей не дает этого сделать. Хочет чтобы она стояла.