Открытая рана

В зале послышались крики одобрения.

— Стервятники!

— Буржуи недорезанные!

— Тоже мне, союзники!

— Ну это вопрос не по зарплате, — опять улыбнулся я.

А что я ему мог сказать? Что действительно гуляла такая версия — американцы нашли и просто доделали уже практически изготовленные немцами бомбы? После капитуляции Германии между нами и нашими западными союзниками развернулось нешуточное соревнование по охоте за немецкими секретами и технологиями, а также за компетентными людьми. Доходило до того, что специалистов по атомной и ракетной теме специальные службы выкрадывали друг у друга из-под носа, бесцеремонно влезая в чужую зону оккупации, иногда со стрельбой. А насчет немецкой бомбы — дело это совсем темное.

— Одно знаю точно — бомба вывалилась из бомболюка американского самолета. И совесть сейчас американских летчиков не гложет. И арсеналы США пополняются быстро. — Я сделал театральную паузу, дав возможность вдуматься в слова. — Мы должны щелкнуть их по носу. Чтобы в следующий раз бомба не упала на Новосибирск. Вот и делайте выводы, насколько нужная наша работа и для чего вы в лесах этих проявляете чудеса трудовой и научной доблести.

Повисла звонкая тишина. В суете трудовых будней обычно забывается, зачем все это. А я напомнил. И увидел полное понимание…

Глава 28

В Москву я возвращался все на том же стареньком Ли-2, но уже отдельным рейсом, дабы не смущать научную общественность. Ведь летел с подарком — двоими перевербованными американскими агентами. Подарок был в праздничной обертке в виде наручников, и даже доставщики имелись — трое конвойных в военной форме. Моему начальнику должно понравиться. Любит он такие игрушки — выловленных шпионов. Особенно любит заковыристые игры с ними.

Тут главное так играть, чтобы не заиграться. Бывали случаи, входили в доверие к нам такие вот растерянные и готовые сотрудничать негодяи. А потом или пытались бежать, воспользовавшись благоприятной ситуацией, или находили способ во время связи с кураторами сообщить о своей работе под контролем. Так что дело это тонкое и опасное. Но хорошо знакомое.

— О, явился не запылился. Пока ты там в лесах на всякую шпионскую дичь охотишься в свое удовольствие, мы тут работаем, можно сказать, на износ. Притом, что характерно, по твоим делам, — объявил Беляков, с усмешкой разглядывая меня. Настроение у него было беззлобно-ерническое — это к добру. Наверное, подарок в виде двух шпионов и правда пришелся по душе.