Рамиль

И её глаза...они подозрительно блестят...Ещё хуже... Ленин подбородок дергается, крылья изящного носа трепетно раздуваются...Совсем нехорошо!

Да что не так-то, я понять не могу?!

Я её тут замуж вообще-то зову, а не в трехзвездочный отель перепихнуться. И это несмотря на то, что я как бы вообще не планировал…Ближайшие лет -дцать...

-Леен? - осторожно спрашиваю, пытаясь перехватить её тонкую кисть, лежащую на столе.

Но она торопливо отдергивает ладонь. Убирает мешающую пшеничную прядку за ушко. Я слежу взглядом за её маневром, и внутри как-то сладко болезненно скручивает. Потому что у Лены именно ушко. Аккуратное, с маленькой мочкой и неприметными тремя гвоздиками бриллиантов. Словно звёзды рассыпались...Бл...ть...Опять встал...Да что ж ты будешь делать...

- Лен? - повторяю требовательней и строже, злясь то ли на её несчастный вид, то ли на свой проснувшийся член. Очень уж, твою мать, не вовремя. У меня тут особо важные переговоры!

- Я, пожалуй, откажусь,- шепчет Акунина срывающимся голосом, пряча глаза.

Моя челюсть отвисает, так же как её пару минут назад. В смысле, бл..ть???

- В смысле, бл..ть?- сипло повторяю вслух свою самую внятную мысль.

- Не выражайся,- поджимает губы Елена Сергеевна, смутно напоминая мне мою русичку.

-Не придирайся, - огрызаюсь на автомате, чувствуя, как грудину сдавливает металлическим обручем. Всё туже и туже...Лена, блин! Меня начинает потряхивать, тяжело и густо. Пульс долбит в виски.

Я...просто не понимаю!

Глубоко вздохнув и подавшись к ней через стол, сверлю Аленку грозным взглядом исподлобья. Я не собирался расписывать причины своего решения, но, похоже, придётся...

- Так, Лен, давай-ка серьезно. Я от своих детей отказываться не буду. Я конечно не планировал, но...В общем они не виноваты. И уж тем более не собираюсь делать вид, что они не мои! - невольно повышаю голос.

Лена, втянув шею в плечи и окинув извиняющимся взглядом зал, на меня злобно шикает. Но мне сейчас глубоко плевать, что там кто подумает.

- Ну и как ты себе это представляешь, Лен? - продолжаю я, уже практически перегнувшись к ней через весь стол,- Ты- сестра моей мачехи. Мы с тобой часть одной семьи. Семьи с очень традиционными взглядами на жизнь и ненавязчивой склонностью к тоталитаризму, если уж быть до конца откровенными. И вот я, сын своего рода, заявляюсь к деду на выходные...