Взрослые дети алкоголиков: семья, работа, отношения. Полный справочник ВДА

— Это чувство не покидало меня всю неделю. Я старался быть один почти все время, потому что мне было страшно находиться рядом с другими людьми в таком состоянии».

Другие члены группы стали соглашаться с ним.

«Минуточку, подождите! — вмешалась я. — Скажите, что это значит для вас — быть уязвимым? Что вы имеете в виду, когда говорите, что боитесь быть уязвимыми?»

Один за другим участники определили уязвимость как потерю контроля над собственной жизнью. Они считали, что уязвимость предполагает, будто кто-то другой начнет контролировать их жизнь и причинит им вред. Они видели ситуацию только в таком ключе. Уязвимость приравнивалась к потере себя, опустошению, беспомощности и невозможности предотвратить негативные последствия.

«Когда я была ребенком, — поделилась с нами Мэлоун, — я боялась быть уничтоженной, если сниму свою внутреннюю защиту хотя бы на минуту». Быть уязвимой означало для нее возможную смерть. И хотя у других это не было вопросом жизни и смерти, уязвимость все равно ассоциировалась у них с чем-то ужасным.

Сама тема уязвимости создала очень напряженную и депрессивную атмосферу в группе.

«Это очень важный вопрос для изучения, — сказала я им. — Если мы хотим создавать здоровые близкие отношения, мы должны открывать партнеру наши чувства. По-другому сделать это никак нельзя. Если вы слишком боитесь стать уязвимым и ощутить на себе последствия такого риска, вы тем самым признаете, что неспособны или не хотите иметь здоровые близкие отношения. Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что многие чувства, с которыми вы в себе боретесь, на самом деле могли бы сделать вашу жизнь богаче? Что есть много аспектов любовных чувств, которые вы никогда не испытывали? Приходило ли вам в голову, что существует целый спектр чувств, в которых вы отказывали себе из-за постоянного страха, что уязвимость помешает вам контролировать свою жизнь?»

Лесли рассказала, что она смогла стать эмоционально открытой к мужчине, которого любит, только спустя три года отношений с ним. «У меня больше нет от него секретов — ни эмоциональных, ни каких-либо других, — говорит она. — Я понемногу убирала свои преграды. Иногда я снова отдалялась, потому что была напугана тем, что он реагировал не так, как мне хотелось бы. Но постепенно, вместе с тем как наши отношения развивались и доверие между нами росло, мне удалось избавиться от этих барьеров. Кроме него, есть немного людей, которым я могу так же доверять, но я уверена, что открываться в этих отношениях для меня безопасно.