Князь Путивльский. Том 1

Собирался на этих кибитках отправиться в поход на реку Калку. Видимо, Бостекану донесли об этом, вот он и подарил то, что нужно мне и недорого обошлось ему. Верблюды тоже пригодятся. Лошади боятся их. В атаку на всадников на верблюдах не заставишь идти коня, если не приучишь заранее. Половецкие дары я принял и заверил, что, если позовет Великий князь Черниговский Мстислав Святославич, то обязательно отправлюсь в поход со своей дружиной против монголов. На самом деле я отправлюсь в поход даже в том случае, если князь Черниговский не позовет.

Мне нужна была определенность. Если получится то, что задумал, значит, дальше буду править в Путивле, если нет, надо будет перебираться на жительство в княжество Ахейское или еще куда-нибудь, подальше от монголов. Затем была трехдневная пьянка, после которой половцы уехали в степь, отдаренные тремя бочками не самой лучшей медовухи.

Все лето, осень и зиму я тренировал своих дружинников делать укрепленный лагерь из кибиток и защищаться за ними от конницы и лучников.

В середине марта прибыл гонец от Мстислава Святославича с призывом идти на монголов. Зимой три великих князя, три Мстислава, Киевский, Черниговский и Галицкий, собрались на съезд в Киеве, где и приняли решение совместно идти в поход. В первую очередь, конечно, подействовали не уговоры и подарки половцев, а предположение, что половцы могут перейти на сторону монголов и напасть на Русь совместно с ними. Вот такие вот у Руси союзники во все ее времена."

"В последний день марта я отправил на ладьях часть оружия, припасов и пехотинцев к городку Заруб, находившемуся километрах в пятидесяти ниже Киева на правом берегу Днепра, а сам с остальной дружиной и двадцатью двумя двуконными кибитками — по одной на каждый десяток дружинников и командирской — поехал туда по суше.

Взял с собой сотни пикинеров и арбалетчиков и всего десять кавалеристов плюс их командира Мончука, который одновременно и мой заместитель. Причем каждый кавалерист имел одного коня, что вообще противоречило здравому смыслу. На уставшем жеребце много не навоюешь. Если бы не наработанная ранее репутация, меня бы сочли сумасшедшим. А я не говорил им то, что знал об исходе предыдущего сражения и что собирался сделать. В моем плане конных стычек не намечалось, а избыток лошадей только бы помешал. На всех моих дружинниках синие сюрко с белой «розой ветров» на груди и спине и щиты с этим гербом. Теперь у них меньше шансов получить удар от своих.