Райская птичка

Казалось, каждое слово – взрыв, а каждое движение неловко и скованно. Сейчас, наверное впервые в жизни, она была за ссору, скандал, ругань. Так высказаться намного легче, но он устроил «дружеский» обед, взвешивая и оценивая каждое слово.

Она выдохнула.

- Карнеги, по сравнению с тобой, просто отдыхает. А, может быть, я именно этого хочу – любви до гроба, а просто быть рядом меня не устраивает. Ты на меня собрал целое досье, я же о тебе ничего не знаю. – Что ж, откровенность – за откровенность…

- Ты и не спрашивала. А я не был уверен в твоей болтливости. Глупо разъяснять мои мотивы. Ты встречаешься со своим… бывшим, выясняешь какие-то вопросы. У вас, по-видимому, осталось много общего. Но для меня у тебя и двух слов не нашлось. Со мной ты не сочла нужным объясниться. Как думаешь, мне стоило волноваться по этому поводу? – Он терял хладнокровие. Можно представить, что творилось у него внутри, впрочем, и у неё тоже. Но если уж не начали выяснять отношения при помощи ссоры, то теперь тем более не следовало. Потому настал её черёд стиснуть зубы.

- Вопрос, как я понимаю, снова риторический. Мне наплевать на него, и ты это знаешь."

"Всем известно: оправдываться — значит только подтвердить сказанное.

- А знаю ли? Я всегда думал, что говорить нужно о том, что волнует, а не наоборот. Извини, я не создан для того, чтобы развлекать людей пустой болтовнёй. У меня для этого слишком мало свободного времени, - и ещё меньше желания, - он снова стал резок.

Энджел не зря выбрала именно этот ресторан. Именно здесь накануне произошла её встреча с Алисией. Втайне она надеялась, что и сегодня девушка тут появится. Дэвид сказал, что это её любимое место, а люди имеют обыкновение следовать своим привычкам. Уже почти забыла, почему они пришли сюда, но «виновница» напомнила о себе, появившись у одного из столиков. Энджел посмотрела на неё, потом на Данте. Он ждал ответа, но её взгляд снова вернулся к кудрявой блондинке и тогда мужчина последовал за ним. Пытливо Энджел наблюдала, смотрела в глаза, но он равнодушно скользнул и отвернулся.

- Эта дама в синем платье сказала мне, что она твоя невеста. – Она бы хотела сказать это бесстрастно и отрешённо, но не получилось. Гневно вышло. И обличающе.

- Когда? – было заметно его удивление.

- Тогда на яхте.

- Тогда на яхте она уже не была моей невестой. Но Алисия имеет склонность выдавать желаемое за действительное, - сказал он так уверенно, что Энджел даже не попыталась поставить его слова под сомнение.