Райская птичка

Хотелось, потому что при всей сложности его характера он стал для неё совершенством, а при том, что не был в её вкусе – самым красивым мужчиной на свете. И он был слишком сложным, чтобы отнестись к их отношениям легко и просто. И даже если безумно хочется, с ним нельзя бросаться в омут с головой – можно захлебнуться. А она хотела отправиться в дальнее плавание.

Он мало говорил, но и слов на ветер не бросал. И в той степени, в какой проявлял своё желание и чувства, - был искренен. Всегда оставлял за собой последнее слово и недосказанность – так, чтобы она ощущала в нём острую потребность. И это ему с успехом удавалось. Её потребность в нём росла с каждым днём. Но она не позволяла себе ждать каждого подобного жеста и слова с открытым ртом. С ним так нельзя. Если она хочет заполучить его целиком, то себя нужно отдавать по частям. Звучит неправильно и неэстетично, но так и есть.

В голове уже выстроилась примерная линия поведения. И хотя имея дело с ним, сложно что-то предугадать и запланировать, она знала, как будет действовать. И ничего особенного делать не собиралась, а только быть предельно вежливой и очаровательной с его партнёрами, клиентами и гостями. И с ним тоже.

В скором времени ей представилась такая возможность. Начались звонки по телефону. Пришёл тот брюнет, как она правильно предполагала, - юрист, и как оказалось – его двоюродный брат Кристиано. Она готовила кофе, распечатывала и ксерокопировала документы, отвечала на звонки и заносила пометки в его расписание рабочих встреч, связалась с экономистами и попросила отчёты, дозвонилась подрядчикам, которые затянули с договором по строительству новых складов.

За несколько минут до перерыва на ланч, она выдохнула и откинулась в кресле.

- Пообедаешь с нами? – Данте и Кристиано вышли из кабинета.

- Нет, спасибо.

- Почему?

- Неважно себя чувствую. Что-то желудок болит.

- Выпей что-нибудь от желудка. Я скоро.

- Хорошо.

Она соврала. Её немного мутило, но не настолько, чтобы отказываться от еды. Соврала, чтобы не пойти с ним и, воспользовавшись моментом, остаться одной. А всё потому, что Тим снова начал звонить.

Его маниакальность по отношению к ней уже просто бесила. Пропустив пару звонков, она собиралась ответить ему позже и сказать пару ласковых. Но только когда будет совсем одна. Чтобы Данте не слышал, потому что разговор будет не из приятных. Да и не надо ему слышать этого. Энджел даже имени Тима не хотела упоминать при нём.

Как только следующий раз Тим набрал её номер, она ответила.