Сыч – птица ночная

Действительно, какого черта Поликарпыч оставил автомат в машине? Неужели трудно было спрятать? Так, стоп! А какого черта инспектор приперся со снимками протекторных отпечатков? Ну ничего себе! Ну…

— А потом он разбудил Валеру, ткнул ему автомат под нос и сказал, что срок ему за хранение оружия обеспечен, — предположил я. — А потом, когда Валера разинул рот от удивления и с минуту пребывал в ступоре, инспектор предложил ему сделку. Он прощает ему ствол, а Валера колется, с кем и зачем ездил в Сухую Балку. Так?

— Ну ты бобер! — удивился Поликарп. — Как будто там сам был! Ну, точно — так и было.

— И Валера покололся, — уверенно продолжил я. — Сидеть неохота, понимаю. И чего он ему конкретно сказал?"

"— Он не ему, — поправил Поликарп. — Тот по маленькому телефону позвонил, через десять минут приехали эти, — он показал папиросой на дом. — А сказал, что вы ездили в Сухую Балку и «КамАЗ» обобрали. И автомат там нашли.

— И все? — удивился я. — Им этого было достаточно?

— Они его сразу увезли, — Поликарп развел руками. — Больше я ничего не слыхал. Но сказали, чтобы мы не беспокоились — они там чего-то потеряли, так вот, как найдут, так сразу отпустят, И ствол вешать на него никто не собирается.

— Да уж лучше бы повесили, — буркнул я, вставая и отряхивая штаны. — Это был бы самый легкий вариант. Ладно, спасибо. Пойду я, пожалуй…

Без приключений выбравшись из своего района, я прокатился на автобусе до улицы, на которой жила Элен, и позвонил ей из таксофона.

— Враги следят за мной, — трагически сообщил я после того, как моя пассия взяла трубку. — Они повсюду. Я на грани нервного срыва. Если мне немедленно не дадут яичницу с бужениной и откажут в плотской любви, я могу взорваться!

— Приезжай, — снисходительно разрешила Элен. — Я тебе все дам. И даже два раза. Ты хочешь два раза?

— Все зависит от объекта вожделения, — уклончиво ответил я-в таком состоянии я вообще не хотел ни разу. — Ты ставь яичницу — я рядом. Буду через пять минут. Все, до связи…

— А! — вспомнила Элен. — Я подобрала пароль к твоей тайне.

— Молодец, — похвалил я и рассеянно озаботился — как теперь объяснить, что генеалогическое древо ичкерского князя попало в совершенно секретную тайну? Может, сказать, что это особый шифр? — Молодец. Я всегда знал, что ты умница. И какой там был пароль?

— Дерево, — сообщила Элен и прыснула по-девчоночьи в ладошку. — Шифровальщик ленивый, использовал для пароля название. Нет, правда я молодец?

— Дерево… — повторил я. — Дерево.