Сыч – птица ночная

— Пять баллов, — похвалил я себя и, глянув на часы, поспешил к бесштанному бородачу — необходимо было поторопиться.

Разместив бессознательного на диване, я на всякий случай связал ему руки обнаруженной на кухне бельевой веревкой. Затем метнулся по комнатам своего отчужденного жилища, пытаясь обнаружить тот самый пресловутый арсенал, с помощью которого надеялся поработать во второй части акции. Обнаружил — его особенно и не прятали. В спальне, в стандартном оружейном ящике мирно покоились четыре новеньких «АКС-74» с присоединенными к ним подствольниками[10] и резиновыми затыльниками, два десятка магазинов, три цинка патронов 5, 45 мм, четыре сумки, снаряженных ВОГ-25,[11] и четыре же новых «снеговых» «разгрузки».[12] Никаких других типов вооружения я не нашел, но от этого не особенно-то и разочаровался, поскольку подобное положение вещей было вполне предсказуемым. Абреки не являлись профессиональными киллерами или специалистами по организации и проведению спецопераций, они всего лишь команда обеспечения. Иными словами, конвой. Проводка груза по КОРИДОРУ и защита его от неприятных случайностей — вот и вся специфика, для этого вполне годятся автоматы с подствольниками.

— Спасибо и на этом, — поблагодарил я, натягивая «разгрузку» и наскоро комплектуя носимый боезапас. Десять снаряженных магазинов, «АК» с подствольником, сумка с десятком ВОГ-25 — напялив на себя всю эту благодать, я чуть не всплакнул от внезапно хлобыстнувшего по затылку ностальгического чувства. Все, я уже не побирушка, который клянчит у толстожопого торгаша пистолет. Я хорошо вооруженный боец, сам себе командир и солдат и опять готов к ратному труду во благо… Чего там во благо?

— А-а-а-а… — раздалось из зала. Во! Некогда с уточнением приоритетов — пора заняться голозадым Ахмедом.

— А что-то ты рановато очухался, — сказал я, заходя в зал и садясь на стул напротив возлежавшего на диване пленника. — Череп крепкий или мозгов нет — сотрясаться нечему?

Бородач охнул, поджал голые колени к животу и, схватившись завязанными руками за окровавленный лоб, попытался сесть.

— Лежать, — пресек я нездоровое поползновение к самостоятельности. — Лежать и отвечать на вопросы. Пять вопросов — пять ответов. И — разойдемся по своим делам. Идет?

— Кто ты? — спросил бородач, выворачивая голову в мою сторону, я специально сел так, чтобы пленному было неудобно наблюдать за мной.